Таня была финансово независимой женщиной, во многом благодаря двухкомнатной квартире, доставшейся от отца, которую она сдавала за пятьдесят тысяч в месяц. Когда арендаторы съехали, её муж Роман попросил временно, «максимум на месяц», пустить туда пожить его тётю, Нину Петровну, у которой якобы случился потоп. Таня нехотя согласилась, поставив условие, что тётя будет жить одна и сама оплачивать коммунальные услуги.
Сначала всё шло хорошо, но вскоре Нина Петровна начала вести себя в квартире как полноправная хозяйка: переставлять посуду и мебель по своему вкусу. Роман на жалобы жены отмахивался, прося «ещё немного потерпеть».
Ситуация вышла из-под контроля, когда в конце третьей недели Таня, зайдя в квартиру, обнаружила там взрослого сына тёти, Костю. Безработный мужчина расположился на диване и, как оказалось, не собирался никуда уезжать.
— Мама говорила, что всё согласовано, — заявил он.
— Ничего не согласовано, — холодно ответила Таня.
Нина Петровна и Костя остались жить в квартире, не платили за коммунальные услуги, которые выросли вдвое, и превратили жильё в беспорядок. Таня также подслушала, как тётя жалуется по телефону на её «неблагодарность». Роман продолжал уговаривать жену потерпеть, ссылаясь на семейные ценности.
Тогда Таня поставила ультиматум. Она показала мужу накопившиеся счета на семь тысяч рублей и фотографии беспорядка.
— Это принцип, — сказала она. — В мою квартиру заселили постороннего человека без моего согласия. Семья — это ты и я. А тётя Нина со своим сыном — твоя родня. Даю тебе до конца недели. Либо они освобождают квартиру добровольно, либо я вызываю участкового.
Уговоры и просьбы подождать ещё неделю не помогли. В пятницу утром Таня пришла в квартиру вместе с участковым. Несмотря на слёзы Нины Петровны, растерянность Кости и попытки примчавшегося Романа уладить конфликт, Таня была непреклонна. Родственникам пришлось в течение двух часов собрать вещи и съехать.
Вечером Таня подсчитала убытки: упущенная выгода от аренды и накопившиеся долги обошлись им более чем в шестьдесят тысяч рублей. Роман, наконец, признал свою вину.
— Я хочу, чтобы ты понял, — сказала Таня. — В моей жизни может быть помощь, но не эксплуатация. Если ты ещё раз попробуешь кого-то вселить в мою квартиру без моего согласия, то следующим за порогом окажешься ты.
Роман усвоил урок. Таня сменила замки и сдала квартиру через агентство, надёжным и проверенным людям. Она поняла важную вещь: доброта без границ превращается в слабость, которой обязательно воспользуются, и иногда нужно быть жёсткой, чтобы тебя уважали.
