— Ну и где тебя носит, красавица? — встретила Мирославу с порога свекровь, Елена Павловна. — Муж у тебя есть! Пусть он и зарабатывает! А ты дома сиди, кастрюлями греми!
Мирослава молча прошла в комнату. Там сидел её муж Сергей — человек-амёба, вечно в телефоне, ждущий, когда скандал рассосётся сам. Вечер шёл по привычному сценарию: свекровь критиковала, муж молчал, а Мирослава сдерживалась.
— А вы, Елена Павловна, кем себя в этой квартире ощущаете? Смотрителем? Или тут филиал санатория «Мамина грудь»? — не выдержала она.
— Ой, ирония! — всплеснула руками свекровь. — Умная больно! Работать пошла! А дом? А семья? А муж? Всё на самотёк пустила!
— Мам, ну не начинай… — пробубнил Сергей.
Мирослава повернулась к мужу:
— Слушай, Серёжа, а у тебя есть вообще мнение? Тебе нормально, что я каждый день прихожу, и начинается вот этот концерт?
— Я… Я просто не хочу скандалов, — как всегда, выбрал безопасное он.
В этот момент телефон Мирославы завибрировал. Звонил нотариус.
— Мирослава Петровна? Умер ваш дедушка. Вы единственная наследница по завещанию. Квартира. Просим подойти для оформления документов.
Она медленно опустила телефон, не веря услышанному.
— Кто это был? — тут же оживилась свекровь.
Мирослава попыталась уйти от ответа, но та не унималась, обвиняя её в «хитрых делишках за спиной семьи».
— Скоро я не буду больше жить в этом доме, — сказала Мирослава.
— Небось наследство какое-то обломилось, раз так заговорила? — вскинулась Елена Павловна.
Мирослава не ответила. Просто пошла в комнату и, захлопнув дверь, впервые за долгое время истерически рассмеялась.
Утром она подтвердила новость.
— Дедушка оставил мне в наследство квартиру. Двушку на Октябрьской. По завещанию. На меня.
Сергей уронил телефон. Свекровь медленно осела на табурет.
— Так… — начала Елена Павловна. — Давай разберёмся. Квартира — это хорошо. Но ты ж понимаешь… это ж всё — общая семья. Семейное имущество. Раз ты замужем, значит, всё общее.
Сергей тут же подхватил:
— Мам, ну чё ты начинаешь? Раз у нас теперь есть квартира… может… кредит погасить… Или маме ванну поменять!
— Конечно, сынок! Правильно мыслишь! Мы ведь семья!
— Ребят… Давайте я вас сразу разочарую, — медленно сказала Мирослава. — Наследство — это личное имущество. Даже в браке. Закон Российской Федерации. Так что ни ванну вам, ни кредит. Квартира моя. И только моя.
Елена Павловна побагровела.
— Ах ты… Сначала в наш дом приперлась, а теперь хвостом вертишь?!
— Слушай, Мира… — встрял Сергей. — А может, сдавать будем? Доход стабильный! Будем вместе ездить… отдыхать, например… Я, ты… и мама.
Тут у неё просто отвалилась челюсть.
— Серьёзно?! Ты реально считаешь, что я буду сдавать свою квартиру, чтобы возить тебя и твою маму на отдых?!
— Ну а чё? Мы ж семья… — пожал плечами он.
— Ох, Серёжа, ты, похоже, до сих пор не понял, что в нашей семье ты — это мама. А я так… приложение. С бесплатным сроком действия, который только что истёк.
Она взяла телефон и сообщила риэлтору, что начинает переезд в новую квартиру.
— Куда?! — визгнула свекровь.
— В свою квартиру. В ту, где вы — никто. И звать вас — никак.
Она пошла собирать вещи под крики свекрови: «Ты ещё приползёшь на коленях! Без мужа ты — никто!».
Переезд был шумным и болезненным. Сергей крутился рядом, канючил.
— Мира, ну, может, не стоит… Ну куда ты одна? Ну подумаешь, мама вспылила.
— Ты определись уже, кто у тебя жена: я или мама.
— Ну… Мамку одну оставлять нельзя. Она ж старая…
— Ты меня любишь, Серёжа? Серьёзно? — прервала его Мирослава. — Тогда скажи: хотя бы раз за эти пятнадцать лет ты встал между мной и своей мамой? Хоть раз сказал ей: «Мама, хватит!»?
Он опустил глаза.
— Вот и всё, Серёжа. Ответ получен. — Она села в машину.
— Мира, без тебя у меня… у меня всё рухнет…
— Так и пусть. А потом — строй заново. Если сможешь.
Она нажала на газ. В этот момент зазвонил телефон. Елена Павловна.
— Ну?! Думаешь, я тебя отпущу?! Я уже к юристу записалась! Посмотрим, как ты запоёшь, когда узнаешь, что в браке имущество — совместно нажитое!
— Елена Павловна, у меня две новости. Плохая — квартира по завещанию. Имущество личное. Закон читайте. А ещё хуже… Я уже подала на развод.
— ЧЕГО??? — взорвалась свекровь.
— Ну, значит, будем знакомы. Меня зовут Мирослава Никто. И я свободна.
Она сбросила звонок.
Вечером она сидела в своей новой, пустой и тихой квартире. Села на подоконник и впервые за много лет улыбнулась. Телефон снова зазвонил. Незнакомый номер.
— Алло. Мирослава? Это Артём. Ты меня, наверное, не помнишь… Мы учились вместе. Я… услышал, что ты квартиру продаёшь… Я риэлтор. Но, если честно, позвонил не только из-за работы. Просто… давно хотел тебя найти…
Она рассмеялась.
— Артём… Ну надо же. А я вот как раз думала, с чего начать новую жизнь…
И в этот момент она поняла: жизнь действительно только начинается.
