Андрей вернулся с работы необычно рано. Лена сразу поняла по его виду, что разговор будет неприятным.
— Нас сегодня всех уволили, — произнёс он наконец. — Контора накрылась. Банкротство.
Лена почувствовала, как сердце ухнуло вниз. Зарплата Андрея была их основным доходом. На накопления они могли протянуть максимум три месяца.
— Ничего, — сказала она. — Найдёшь новую работу.
— Лен, есть ещё кое-что, — Андрей опустил взгляд. — Я… я месяц назад оформил кредит.
— Какой кредит?
— На полтора миллиона. Купил маме дачу.
Несколько секунд Лена просто стояла, не в силах произнести ни слова.
— Ты что сделал? — прошептала она.
— Мама давно просила, — заговорил Андрей торопливо. — Говорила, что в городе ей плохо, нужно на природу. Ты же знаешь, у неё сердце… Я знал, что ты будешь против…
— Конечно, я была бы против! — взорвалась Лена. — Ты вообще в своём уме? У нас ипотека, мы копили на машину, моя мама лежит в больнице!
— Я думал, что справлюсь с выплатами, — пробормотал Андрей.
— Была! — Лена прошлась по кухне. — И что теперь? Как мы будем платить? Чем?
Андрей поднял на неё глаза.
— Я оформил кредит, чтобы маму порадовать, но меня уволили. Платить придётся тебе, — сказал он тихо.
Лена застыла. Она ждала извинений, но не перекладывания ответственности.
— Что?
— Ну, ты же понимаешь, — начал говорить Андрей быстрее, — без работы я не смогу. А у тебя заказы есть, можешь больше брать.
— Ты спятил, — произнесла Лена очень тихо.
— Лен, ну давай без истерик. Мы семья, должны друг другу помогать.
— Помогать? — Лена рассмеялась. — Помнишь, в прошлом году мы не поехали на море? Ты в последний момент сказал, что денег нет, потому что мамочке на лечение дал. Сто тысяч! А позапрошлой зимой мы копили на машину, и вдруг у твоей мамы «случайно» сломался холодильник. И ты кинулся покупать ей новый.
— Она моя мать, — пробормотал Андрей.
— Она манипулятор! — выкрикнула Лена. — Каждый раз, когда ты начинаешь жить своей жизнью, у неё вдруг что-то случается. А стоит тебе дать ей денег — и она сразу выздоравливает!
— Хватит! Она одна меня растила, всё для меня делала.
— Да, да, я знаю эту песню наизусть, — фыркнула Лена. — Она тебе её каждый раз поёт, когда деньги нужны.
Она схватила калькулятор.
— Полтора миллиона на пять лет — это больше сорока тысяч в месяц. Мой доход — пятьдесят. За твою мать мне придётся отдавать практически всё, что я зарабатываю.
— Я не думал…
— Вот именно! Ты не думал! — Лена ударила кулаком по столу. — Ты просто выполняешь мамины указания, как дрессированная собачка.
— Лена, это не так. Я тебя люблю.
— Любишь? — Лена рассмеялась. — Ты любишь меня за то, что я стираю твои рубашки, готовлю ужин и не скандалю, когда ты тратишь наши деньги на мамочку. Я не буду платить за твою дачу.
— Но кредит оформлен на меня…
— Вот и хорошо. Значит, и платить будешь ты. Один.
— Как я буду платить без работы? Банк дом заберёт…
— Какой дом? Дачу? Пусть забирает.
— Нет, этот дом. Нашу квартиру. Кредит под залог оформлен.
Лена почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Что? Ты заложил нашу квартиру? Ты заложил нашу квартиру ради дачи для своей матери?
Андрей кивнул, не поднимая глаз.
— И ты думаешь, что я буду работать на трёх работах, чтобы платить за дачу твоей матери и спасать нашу квартиру?
— Лена, у нас нет выбора…
— У тебя нет выбора, — тихо сказала Лена. — У меня есть. Я развожусь с тобой. Сегодня же подам документы.
— Что? Лена, ты не можешь…
— Могу. И знаешь что? Твой кредит — это теперь только твоя проблема. Я не буду работать на твою мать.
— Но квартира…
— Квартира оформлена на тебя, но куплена в браке, при разводе мы её разделим.
Лена высвободила руку, прошла в спальню и достала сумку.
— Лена, остановись. Мы можем решить эту проблему вместе.
— Нет, не можем. Ты показал мне, что я для тебя никто. Что мое мнение не имеет значения.
Она прошла в прихожую, начала одеваться.
— Куда ты пойдёшь?
— К подруге. А завтра к адвокату.
Лена открыла дверь, обернулась.
— Знаешь, чего я тебе желаю? Чтобы ты наконец понял, что твоя мать — не святая мученица, а обычная женщина, которая использует тебя.
— А если я пойму? Если изменюсь?
Лена долго смотрела на него, потом покачала головой.
— Не изменишься. Ты слишком хорошо выдрессирован.
Она вышла из квартиры, закрыла дверь. На лестничной площадке достала телефон, заблокировала номер мужа. Всё. Теперь точно всё кончено.
А в квартире на седьмом этаже Андрей сидел на кухне и смотрел на цифры кредита. Сорок пять тысяч в месяц. Без работы. Без жены. Но с дачей для мамы. Он взял телефон, набрал номер матери.
— Мама? Это я. Нужно поговорить. Да, срочно.
Пора было задать матери несколько неприятных вопросов. И узнать, сможет ли святая мученица помочь сыну расплатиться с кредитом, который он взял ради её счастья.
