Настя жила в квартире, которую ей подарили родители, уезжая в Сочи. Ремонт сделала сама — муж Иван был вечно занят. Но спокойной жизни не давала свекровь, Галина Петровна, которая приходила без звонка с неизменными котлетами и претензиями.
Однажды она пришла с конкретной целью.
— Разговор у меня к тебе, — начала свекровь, усевшись на кухне. — Квартира — твоя, да? А сын мой в ней, выходит, «просто так». Это будет честно, если ты перепишешь на него часть.
Настя наотрез отказалась.
— Если я останусь одна в СВОЕЙ квартире, — холодно ответила она, — это будет лучше, чем жить с тем, кто за спиной мамы прячется.
Вечером пришел Иван. Узнав о разговоре, он лишь усмехнулся и встал на сторону матери.
— Она просто предложила. Где тут трагедия? — обвинил он Настю в недоверии. — Ты с ума сошла на фоне этой своей квартиры! Мамка говорит, ты с детства эгоистка.
— А ты — не муж, — ответила Настя. — Ты — подкаблучник своей юбки.
Иван ушел, хлопнув дверью.
На следующее утро Галина Петровна снова вошла в квартиру своим ключом.
— Где сын мой? — потребовала она.
— Он ушёл. Надеюсь, навсегда, — спокойно ответила Настя.
Свекровь взорвалась криками и обвинениями, что Настя неблагодарная и выгнала ее «Ванечку».
— Вы с сыном — чужие мне теперь. Вы — не семья. Вы — ошибка, — твердо парировала Настя.
В ярости Галина Петровна попыталась забрать Настины ключи с вешалки, чтобы «не было соблазна пускать кого попало».
— Отдайте ключи, — без крика, но с ледяным спокойствием сказала Настя. — Или я вызову полицию. У меня на вас жалоба за самовольное проникновение и угрозы. Я научилась защищать себя.
Свекровь дрогнула. Она поняла, что Настя не шутит. Бросив на прощание очередную угрозу, она ушла.
В тот же час Настя поменяла код от домофона, а на следующий день — замки в своей квартире. Больше никто не имел ключей от её жизни.
А через неделю приехали родители с тортом, коньяком и фразой:
— Ну что, доча, наконец-то ты стала взрослая. Давай жить.
