— Когда твой сын, наконец, съедет? – настойчиво спрашивал Лиду муж. – Надоело видеть его кислую мину.
— Я всё жду-недождусь, когда твой высокомерный отпрыск перестанет мозолить глаза, – Иван сел на стул и мечтательно закатил глаза.
Едва Миша отметил своё 18-летие, как решился на кардинальный шаг — выставить мать с сёстрами из дома.
Отец Миши, Сергей, ушёл из жизни, когда мальчику было семь. Его родные, особенно бабушка Светлана Савельевна и дед Афанасий Васильевич, всегда подчёркивали, что Сергей происходил из благородной семьи. Спустя два года мать Миши, Лида, привела в дом Ивана и объявила, что он станет для Миши вторым отцом. Семья покойного Сергея отнеслась к этому настороженно, но всю свою любовь направила на внука. Они баловали его подарками, путешествиями и лучшей одеждой, в то время как отчим Иван едва покрывал расходы разросшейся семьи, в которой вскоре родились сёстры-двойняшки.
Афанасий Васильевич неизменно отвечал на просьбы Лиды угостить внучек:
— Это только для Миши. А дочек твоих пусть родной муж кормит.
Женщина лишь кивала, сдерживая слёзы. Миша же воспринимал своё привилегированное положение как должное.
Когда ему исполнилось восемнадцать, мать предложила ему переехать:
— Ты можешь попросить дедушку переехать в их загородный дом, а сам поселишься в их квартире. Они ведь давно достроили тот дом.
В тот же день Михаил решил обсудить эту тему с дедушкой.
— Это всё Лидка выдумала? — воскликнула Светлана Савельевна. — Какая наглая особа: пытается выселить главного хозяина!
— Какого главного хозяина?! — не понял Миша.
— Квартира твоего отца, и он завещал её тебе. Ты уже можешь оформить наследство и стать единственным полноправным владельцем этой собственности, как и хотел твой отец.
Миша собрал все нужные документы и через месяц стал полноправным владельцем квартиры, ничего не сказав домашним. Вскоре он стал свидетелем разговора матери и Ивана, которые строили планы, как после его отъезда поселят в его комнате родителей Лиды.
— Поторопи мальчишку, пожалуйста. Пусть катится из квартиры к деду с бабкой. Нет сил терпеть выскочку! — говорил отчим.
— Никуда я не собираюсь уезжать! — резко ворвался Миша в кухню. — Эта квартира моя! Как ты можешь высылать меня из моего собственного дома, мама? Ты не только предала память отца, выйдя замуж за этого, но и привела его в мой дом, завела новых детей и переселила своих родителей сюда.
— Я не знаю… — Лида растерянно что-то соображала. – Вроде, я владею ею вместо сына.
— Только до моих 18 лет! Теперь, мама, ты не имеешь никакого отношения к данной квартире. Даю вам неделю, чтобы убраться отсюда. А если сами не уедете, то я выкину все ваши вещи и вызову полицию!
Мать всхлипывала и кричала, обвиняя Мишу в эгоизме и высокомерии. Но спустя неделю Михаил остался один в огромной четырехкомнатной квартире. Пусть все родственники со стороны матери практически прокляли его — он сам уже не желал иметь с ними никакого дела. Он – сын своего отца, и любви бабушки и дедушки ему будет вполне достаточно.
