Тайна моего мужа и незнакомца в отеле
Я вышла из отеля «Рэдиссон Коллекшн» в центре Москвы, и неоновые огни окрасили моё усталое лицо в бледные тона. Город всё ещё шумел — гудки машин, смех, доносящийся из соседних баров, — но внутри меня всё замерло.
Игорь Сергеевич, мой начальник, только что уехал, оставив меня в помятой рабочей блузке и с тяжёлой пустотой в груди.
В сумочке завибрировал телефон.
Я достала его. На экране мигало уведомление: зачислено 500 000 рублей. Сумма, от которой у меня подскочил пульс.
Но я не почувствовала облегчения.
Меня зовут Екатерина Иванова, мне 28 лет. Обычный офисный ассистент, живущий в маленькой квартирке в Люберцах. Но с недавних пор моя жизнь была какой угодно, но только не обычной.
Мой муж, Алексей, когда-то талантливый инженер-механик, два года назад после автомобильной аварии оказался парализован ниже шеи. С тех пор я стала для него всем — сиделкой, опекуном, кормильцем. Кормила, мыла, переодевала. Каждый божий день. Словно тень самой себя, работающая на износ.
Но сегодня вечером… я переступила черту, которую, как мне казалось, никогда не переступлю.
Этим утром Игорь Сергеевич вызвал меня в свой кабинет.
Мужчина под шестьдесят, властный, лощёный, и всегда смотревший на меня взглядом, от которого мне становилось не по себе.
— Екатерина, — сказал он, — вы хотите спасти своего мужа?
Я кивнула. Моё сердце уже колотилось.
Он подвинул ко мне через стол документ. Вверху жирным шрифтом была напечатана сумма: 500 000 рублей. Взамен? Одна ночь с ним. В отеле.
Я замерла.
Алексею нужна была операция, и как можно скорее. Без неё, по словам врачей, ему не прожить и шести месяцев. Денег у нас не было. Наши семьи отдали всё, что могли.
Я подписала. Моя рука дрожала так сильно, что имя едва походило на моё.
В отеле я ничего не чувствовала. Я не позволяла себе думать. Я просто существовала.
Игорь Сергеевич не был жесток. На самом деле, он был почти… нежен. Но каждое мгновение ощущалось как лезвие, полосующее душу.
Когда всё закончилось, он вручил мне конверт и сказал:
«Ты всё сделала правильно. Он обязан тебе жизнью».
Я ничего не ответила. Просто кивнула и вышла.
Когда я вернулась в нашу крошечную квартирку, кухню наполнял запах рисовой каши.
Алексей всё так же лежал в кровати, безучастно глядя в потолок. Я села рядом, зачерпнула кашу ложкой и осторожно поднесла к его губам.
«Я сегодня работала сверхурочно. Устала».
Ложь.
Он медленно кивнул, ни о чём не спрашивая.
Я смотрела на него — на человека, которого когда-то любила каждой частичкой себя. Теперь от него остались лишь кожа, кости и молчание.
Слёзы беззвучно капали в тарелку.
Телефон снова завибрировал.
1 000 000 рублей. Ещё одно зачисление.
Я напряглась.
Игорь Сергеевич?
Сообщение гласило:
«Вы заслуживаете большего. Никому не говорите».
У меня сдавило грудь.
Это были деньги за молчание? Ловушка? Какая-то извращённая жалость?
Я не знала.
На следующее утро я пришла на работу вся на взводе.
Но Игоря Сергеевича не было. Его ассистентка сказала, что он на рассвете улетел в Санкт-Петербург.
Я судорожно вздохнула. Облегчение? Может быть. Но что-то было не так.
Затем пришло ещё одно сообщение.
С неизвестного номера:
«Екатерина, спасибо за прошлую ночь. Я Алексей, но не твой Алексей».
Меня обдало холодом.
Я набрала номер.
Недоступен.
Я бросилась домой.
Алексей был там же, где я его оставила — неподвижный, тихий, смотрящий в одну точку.
«Ты… что-нибудь знаешь?» — шёпотом спросила я.
Он посмотрел на меня. А затем медленно… улыбнулся.
«Катя, я знаю, как много ты сделала. Но ты уверена, что человек в том номере отеля действительно был твоим начальником?»
Моя кровь застыла в жилах.
Я снова достала контракт. Подпись не принадлежала Игорю Сергеевичу.
Там было написано: Алексей Соколов.
Полное имя моего мужа.
Я проверила выписку о зачислении средств.
Отправитель: Алексей Соколов.
В ту ночь я не спала.
Я сидела рядом с Алексеем, пытаясь распутать этот клубок.
С кем я на самом деле была?
В 3 часа ночи появилось ещё одно сообщение.
«Не ищи меня. Просто используй деньги. Спаси его. Он достаточно настрадался».
Я перечитала его.
И ещё раз.
Кто этот «он»?
Был ли человек рядом со мной действительно беспомощной жертвой?
Или кем-то совсем другим?
Я смотрела на 1 500 000 рублей на своём счету.
И я знала —
Это не конец.
Потому что, возможно…
Человек, за которым я ухаживала два года, был не тем, кем я его считала.
