— Все, Вить. Счастливо оставаться, — сказала Марина и подхватила за ручки свой небольшой, но вместительный саквояж.
— Ты хорошо подумала? — нахмурился Виктор.
— Очень хорошо. И не один раз.
— Если сейчас уйдешь, то обратно не приму, можешь не стараться, — Виктор строго посмотрел на жену.
Марина поставила сумку на пуфик, молча накинула пальто. Её руки слегка дрожали, когда она застегивала пуговицы, но взгляд оставался решительным.
— Мам, может не надо? — Алиса выглянула из своей комнаты, теребя рукав свитера.
— Надо, доченька. Мы же с тобой говорили.
— Прекрасно! — Виктор взмахнул руками. — Значит, вы уже все обсудили? А мне сообщить забыли?
— Пап, ну хватит.
— А ты вообще марш в комнату! — отрезал Виктор. — Нечего тебе слушать, как мать семью бросает.
Марина резко обернулась:
— Не смей на дочь кричать! Я не семью бросаю, а от тебя ухожу. Есть разница.
— Какая разница? — Виктор горько усмехнулся. — Пятнадцать лет коту под хвост. И ради чего? Ради твоих этих поделок?
Марина застыла с рукой на дверной ручке:
— Вот именно поэтому я и ухожу. Для тебя все, что не приносит солидный доход — это “поделки”. Все, что не вписывается в твое представление о правильной жизни — это блажь и глупости.
— А разве нет? — Виктор шагнул ближе. — Мы живем как люди, у нас все есть…
— У нас есть то, что ты считаешь нужным. А чего хочу я — тебя никогда не интересовало.
— Мам, — Алиса снова появилась в коридоре, — давай я с тобой поеду?
— Нет! — хором воскликнули родители.
Марина подошла к дочери, обняла ее:
— Солнышко, оставайся с папой. Так будет правильно. Я буду звонить каждый день, обещаю.
— И куда ты пойдешь? — процедил Виктор.
— Я сняла квартиру. Недалеко от метро “Сокольники”.
— Что? Когда успела?
— Две недели назад.
Виктор покачал головой:
— То есть ты все спланировала. А я-то думал, мы семья…
— Семья — это не когда живут по инерции, — тихо ответила Марина. — Семья — это когда поддерживают друг друга.
Она еще раз обняла Алису, взяла сумку и открыла дверь.
— Последний раз говорю, — голос Виктора звучал глухо, — если уйдешь — обратно не примем.
Марина обернулась:
— Знаешь, Витя, я ведь помню, как пятнадцать лет назад ты говорил совсем другие слова. “Я всегда буду на твоей стороне, что бы ни случилось”. Помнишь?
Она вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь. В повисшей тишине было слышно, как гудит лифт, увозя ее вниз.
— Пап? — Алиса осторожно тронула отца за рукав.
— Иди к себе, — устало сказал Виктор. — Просто иди к себе.
Он зашел на кухню, машинально включил чайник. В голове не укладывалось — как она могла? Когда все пошло не так? Пятнадцать лет вместе, вырастили дочь, построили жизнь…
Зазвонил телефон. На экране высветилось “Кравцов”.
— Витя, привет! Не разбудил? — раздался бодрый голос соседа.
— Нет.
— Слушай, завтра на рыбалку собираемся. Поедешь?
— Паша, не до рыбалки сейчас.
— Что случилось?
— Марина ушла.
В трубке повисла пауза.
— Как ушла?
— Вот так. Собрала вещи и ушла. Квартиру, оказывается, сняла.
— Погоди-погоди… — в трубке послышалась какая-то возня. — Лена! Иди сюда! Тут такое…
— Паша, не надо никого звать.
— Витя, мы сейчас придем.
— Не нужно.
— Нужно, — отрезал сосед. — Жди.
Через десять минут в дверь позвонили. На пороге стояли Кравцовы — Павел с пакетом продуктов и его жена Елена с контейнером, от которого шел аромат свежей выпечки.
— Алиса спит? — первым делом спросила Елена.
— У себя в комнате.
— Я к ней загляну.
Елена скинула туфли и пошла по коридору, а Павел решительно направился на кухню:
— Так, рассказывай.
Виктор говорил долго. О том, как Марина в последнее время стала какой-то отстраненной. Как перестала делиться новостями. Как запиралась в своей комнате и что-то мастерила.
— Я думал, она просто нашла себе хобби. Мало ли, человеку нужно чем-то заниматься. А она, оказывается, уже целый год этим занимается. Какие-то сувениры делает. Представляешь? Взрослая женщина, а как ребенок с игрушками возится.
— А ты видел эти сувениры? — спросил Павел.
— Нет. Да и зачем? Несерьезно все это.
— Вот в этом вся проблема, — Елена вернулась на кухню. — Ты даже не попытался понять, что для нее важно.
— А что тут понимать? — Виктор раздраженно отодвинул чашку. — У нее есть все, что нужно. Работа в офисе, стабильный доход…
— Который ты ей нашел, — перебила Елена. — В компании своего друга. На должности, которую ты считаешь подходящей.
— А что в этом плохого?
— Ничего, — Елена села напротив. — Кроме того, что ты за нее все решил. Знаешь, пять лет назад я тоже ушла от Паши.
— Что? — Виктор удивленно посмотрел на соседей. — Первый раз слышу.
— Потому что мы не афишировали, — Павел невесело усмехнулся. — Полгода жили отдельно. Я тогда тоже считал, что все делаю правильно. Работал сутками, обеспечивал семью. А Лена чувствовала себя птицей в клетке.
— Мне просто хотелось чего-то своего, — добавила Елена. — Не того, что мне навязали, а того, что я сама выбрала.
— И что, помогло? — скептически спросил Виктор.
— Помогло то, что Паша наконец начал меня слушать. Не осуждать, не критиковать, а просто слушать.
В коридоре послышались шаги. На кухню зашла заспанная Алиса.
— Пап, ты не видел мой телефон? Хочу маме написать.
— Алиса, поздно уже, — начал было Виктор.
— Нет, не поздно, — возразила Елена. — Дай ребенку поговорить с матерью.
Алиса нашла телефон и ушла в свою комнату. Виктор проводил ее взглядом: — Вы не понимаете. Марина не просто ушла. Она все спланировала. Квартиру сняла, вещи потихоньку вывезла…
— А ты бы ее отпустил, если бы она сказала прямо? — спросил Павел.
Виктор промолчал.
— Вот именно, — кивнул сосед. — Ты бы начал давить. Говорить, что это блажь, что она ведет себя безответственно.
— А разве нет? Бросить налаженную жизнь ради каких-то…
— Не смей говорить “поделок”! — вдруг выкрикнула Алиса от двери. — Мамины работы покупают! У нее талант! А ты даже не хотел посмотреть!
— Что значит “покупают”? — опешил Виктор.
— У мамы есть страничка в интернете. Я ей помогаю фотографировать работы и общаться с покупателями. Она делает уникальные вещи, понимаешь? Не штамповку, а то, чего больше ни у кого нет!
Виктор растерянно посмотрел на дочь:
— И давно это?
— Год уже. Мама хотела тебе рассказать, но ты вечно занят. А если не занят, то говоришь только о работе и о том, как важно быть серьезным человеком.
— Алисонька, — Елена поднялась, — пойдем, я тебе помогу маме написать.
Когда женщины ушли, Павел тихо сказал:
— Знаешь, что самое обидное? Когда понимаешь, что все это время рядом с тобой жил совсем другой человек. Со своими мечтами, талантами. А ты этого не замечал.
На следующий день Виктор пришел на работу раньше обычного. Хотелось занять голову чем-то привычным, понятным. Цифры, графики, отчеты – здесь все просто и логично.
— Витя, зайди ко мне, — голос начальника застал его врасплох.
В кабинете директора сидел еще один человек – представитель головного офиса.
— Присаживайся, — директор указал на стул. — Разговор серьезный.
Виктор слушал молча. Реструктуризация компании. Сокращение штата. Его должность попадает под оптимизацию.
— У тебя есть три месяца, — директор протянул какие-то бумаги. — Мы подготовим хорошие рекомендации. С твоим опытом найти работу будет несложно.
На улице моросил дождь. Виктор шел пешком, не разбирая дороги. Телефон в кармане завибрировал – сообщение от Алисы: “Пап, я сегодня у мамы ночую, она разрешила. Поужинаешь без меня?”
Он не ответил. В голове крутилась одна мысль – как сказать им? Как признаться, что он, “серьезный человек”, глава семьи, остался без работы?
Вечером снова пришли Кравцовы.
— Паршиво выглядишь, — заметил Павел.
— Меня сократили.
— Что?
— Сократили. Отдел закрывают, должность сокращают. Через три месяца.
Елена молча поставила чайник.
— И что думаешь делать? — спросил Павел.
— Не знаю. Искать новую работу, наверное.
— Марине сказал?
— Еще чего! — Виктор горько усмехнулся. — Чтобы она еще больше утвердилась в мысли, какой я никчемный?
— Глупости говоришь, — отрезала Елена. — Она не такая.
— Да? А почему тогда ушла?
— Потому что задыхалась! — Елена повысила голос. — Потому что ей нужно было пространство для роста. Знаешь, сколько она получает за свои работы?
— Откуда ты?
— Алиса показала ее страничку. У Марины талант, Витя. Настоящий талант. А ты этого даже не заметил.
В дверь позвонили. На пороге стояла взволнованная классная руководительница Алисы.
— Виктор Андреевич, извините за поздний визит. Но ситуация серьезная. Алиса сегодня подралась в школе.
— Что?
— Да-да. С Кириллом Савиным. Он оскорбил ее маму, и Алиса его ударила. Теперь у мальчика синяк под глазом, а его родители требуют разбирательства.
Виктор схватил телефон, набрал номер Марины.
— Да? — ее голос звучал встревоженно.
— Марин, ты можешь приехать? Срочно.
— Что случилось?
— Алиса подралась в школе.
— Уже еду.
Через сорок минут они сидели на кухне вчетвером – Виктор, Марина, классная руководительница и заплаканная Алиса.
— Он сказал, что мама – эгоистка! — всхлипывала девочка. — Что она нас бросила! А это неправда! Она просто хочет делать красивые вещи, а не сидеть в офисе!
— Тихо-тихо, — Марина обняла дочь. — Но драться все равно нельзя.
— Придется вызывать родителей Кирилла, — вздохнула учительница. — Может, удастся решить вопрос мирно.
Когда она ушла, в кухне повисла тяжелая тишина.
— Алиса, иди к себе, — попросил Виктор. — Нам надо поговорить с мамой.
Девочка нехотя вышла.
— Я должен тебе кое-что сказать, — Виктор посмотрел на бывшую жену. — Меня сократили.
— Что? Когда?
— Сегодня сообщили. Через три месяца.
Марина помолчала, потом спросила:
— Почему ты не сказал сразу?
— А зачем? Ты ведь уже все решила.
— Витя, я не решила уйти навсегда. Я решила научиться жить своей жизнью. Это разные вещи.
— И как, получается?
— Да. Знаешь, я вчера еще три заказа получила. Оказывается, мои работы нравятся людям.
— Покажешь?
Марина удивленно подняла глаза:
— Правда хочешь посмотреть?
— Алиса, открой нам дверь, — Марина позвонила в звонок съемной квартиры.
— Мам, пап? — удивленно воскликнула дочь. — Вы вместе пришли?
Виктор осматривал небольшую квартиру-студию. Одна стена была полностью занята стеллажами с материалами – бумага разных сортов, красители, инструменты. На рабочем столе стояла настольная лампа, вокруг были аккуратно разложены заготовки.
— Вот здесь я работаю, — Марина включила свет над столом. — Сейчас делаю серию шкатулок в технике декупаж с авторской росписью.
Она достала из ящика готовую работу – небольшую деревянную шкатулку, украшенную сложным растительным орнаментом.
— Сама придумала узор? — спросил Виктор, разглядывая тонкую роспись.
— Да. Каждая работа уникальная, в единственном экземпляре.
— А сколько времени уходит на одну такую?
— Дня три-четыре. Сначала подготовка основы, потом роспись, несколько слоев лака.
Виктор осторожно поставил шкатулку на стол:
— И сколько стоит?
— Эта? Двенадцать тысяч. Заказчица из Петербурга, хочет подарить маме на юбилей.
— Сколько? — Виктор удивленно поднял брови. — И часто заказывают?
— Все чаще, — Марина улыбнулась. — Началось с одного-двух заказов в месяц, а сейчас уже есть очередь на два месяца вперед.
— Мам, покажи папе свою страничку, — попросила Алиса. — Там же еще шкатулка “Зимний лес” есть, она такая красивая!
Марина открыла ноутбук. На экране появились фотографии работ – шкатулки, подсвечники, настенные панно. Под каждым фото – восторженные комментарии покупателей.
— Вот эту заказали на свадьбу, — Алиса показывала отцу фотографии. — А эту – известная актриса купила, представляешь? У нее миллион подписчиков!
Виктор молча листал страницу. Он впервые видел работы жены – и они его поразили. Каждая вещь действительно была произведением искусства.
— Марин, — он закрыл ноутбук. — Прости меня.
— За что?
— За то, что не верил в тебя. Не поддержал. Считал все это несерьезным.
Марина присела рядом:
— А я прости, что не решилась рассказать раньше. Боялась твоей реакции.
— Знаешь, я ведь тоже испугался, — неожиданно признался Виктор. — Когда узнал про сокращение. Думал – как я вам в глаза посмотрю? Я же всегда гордился тем, что обеспечиваю семью.
— Глупый, — Марина покачала головла. — Мы же семья. Должны поддерживать друг друга.
— Ага! — подала голос Алиса. — Значит, вы помирились?
Родители переглянулись.
— Не все так просто, солнышко, — мягко сказала Марина. — Нам нужно многое обсудить, многое изменить.
— Но вы попробуете? — в голосе дочери звучала надежда.
— Попробуем, — кивнул Виктор. — Только теперь по-другому. Правда, Марин?
— Правда. Знаешь, — она задумчиво посмотрела на мужа, — а ведь у меня есть идея. Помнишь, ты говорил, что тебе нравится работать с деревом? На даче всегда что-то мастерил.
— Ну да, а что?
— У меня не хватает хороших деревянных заготовок. Все привозные, не очень качественные. А если бы ты делал основу, а я расписывала?
Виктор удивленно моргнул: — Думаешь, получится?
— Уверена. У тебя золотые руки, ты же все можешь сделать. Будет семейное дело.
— Точно! — обрадовалась Алиса. — Пап, у тебя же все равно три месяца есть. Попробуешь?
Виктор обвел взглядом квартиру – светлую, уютную, наполненную творчеством. Посмотрел на счастливое лицо дочери. На Марину – такую живую, настоящую.
— Знаешь, а ведь правда, — медленно проговорил он. — Почему бы не попробовать?
