Жизнь Юлии трещала по швам с той самой минуты, как Алексей втащил в её квартиру свой потертый чемодан с надписью «МАМА». Это был символ того, что с чемоданом заехал не только Лёша, но и его мама — Валентина Сергеевна. Пока виртуально, по телефону.
— Ну чего ты переживаешь? — говорил Алексей. — Мама у меня женщина золотая! Ты полюбишь её!
Первые недели всё шло более-менее, если не считать звонков от Валентины Сергеевны по расписанию. Сначала вежливо, потом — в приказном тоне.
— Так! Завтра мы с тётей Людой приедем посмотреть, как вы устроились. Надо на кухне кое-что поменять.
— Валентина Сергеевна, — сдержанно уточнила Юлия, — а мы вроде ничего менять не собирались…
— Ой, Юлечка, ты молодая, тебе не понять! Ты ж девушка неопытная, не хозяйственная. А вот Лёшенька у меня привык к порядку.
Встреча состоялась в субботу. На пороге стояли Валентина Сергеевна с рулеткой в сумке и тётя Люда, чьи габариты напоминали небольшой вагончик.
— Ну что, пойдём посмотрим, что тут у вас за бардак! — заявила свекровь.
И началось шоу.
— Вот это, — ткнула она пальцем в шкаф, — надо выкинуть. Старьё.
— А вот тут что? О, боже мой, этот ковёр… Это же антисанитария! Лёшенька у меня аллергик.
Юлия вдохнула и выдохнула.
— Ковёр доставался мне от бабушки. И если кто-то аллергик, пусть переселяется к тому, кто без ковров живёт.
Дальше был осмотр кухни, после которого Валентина Сергеевна выдала:
— Тут всё надо менять. Кстати, Лёша говорил, что у вас там какая-то денежка от бабушки осталась. Самое время вложиться в уют. Семейный.
Юлия аж присела.
— Подождите… В смысле — «вложиться»? Это мои деньги. И квартира — тоже моя.
— Ой, ну начинается! — всплеснула руками Валентина Сергеевна. — Ты что, Юлечка, думаешь, что брак — это только штамп в паспорте? Нет, это союз! Общий быт, общие цели, общие финансы!
Юлия встала.
— Так. Уважаемые… Квартира — моя. Деньги — мои. И список ваш можете… ну… знаете куда. До свидания.
— По-хорошему — это если вы идёте. Пока сами. Пока без полиции, — добавила Юля с самой милой улыбкой.
Минут через пять в квартире стало тихо.
Прошла неделя тишины. В пятницу вечером Юлия зашла домой и обнаружила на диване… неизвестную гражданку в бигудях и с мешком семечек.
— Эээ… А вы кто?
— Лариса. Двоюродная сестра Алексея. Мне тут на время пожить надо. Валентина Сергеевна сказала.
Вошёл Алексей с виноватым видом.
— О, ты уже познакомилась с Ларисой? Слушай… ну не мог же я отказать!
Юля резко повернулась к нему.
— Погоди. Ты серьёзно?! Это что за клоунада?! Алексей! Это моя квартира! Моя!
— Да ладно тебе… Что ты начинаешь? Родственники должны друг другу помогать!
Тут зазвонил телефон. «Валентина Сергеевна».
— Юлечка, милая! Ну что ты так сразу?! — затянула свекровь. — Я Ларисе сказала — посиди у вас пару месяцев. Ну что тебе, жалко, что ли? Семья — это крепость!
— Валентина Сергеевна… Вы вообще в курсе, что квартира — моя?
Голос свекрови потемнел.
— Юлия… Ты забываешь, что ты теперь жена моего сына. А значит, семья. А семья — это общее. Всё. И квартира — тоже.
Юлия медленно поднялась, повернулась к Алексею и Ларисе.
— Так. Ваша цирковая программа окончена. Либо сейчас собираете вещи и уходите, либо я вызываю полицию.
— Ой, да ладно тебе! Ну чего ты сразу как фурия?! — всплеснул руками Алексей.
— Потому что я хозяйка этой квартиры. И знаешь, Лёша… Видимо, пора нам кое-что обсудить. Брак. Развод. И что самое главное — твою прописку.
Алексей побледнел. Лариса засобиралась так быстро, что казалось, будто начался пожар.
— Да ты просто ненормальная… — схватился за голову Алексей. — Это же моя семья!
— Нет, Лёшенька. Это они со мной как с врагом. Но ошиблись адресом.
Юля проснулась от звона уведомлений. Группа «Семья». Админ — Валентина Сергеевна. Сообщения сыпались: «Юлечка, семья должна держаться вместе!», «Кстати, у Славика проблемы — он пока у вас перекантуется», «Лариса сказала, что ты её выгнала!».
Юля выдохнула. Через двадцать минут она стояла в МФЦ.
— Выписать супруга? С постоянной регистрации? — уточнила девушка-консультант.
— Именно. Через суд. Он не собственник.
— Основания весомые. Это добрачное имущество. Прав на неё он не имеет.
— Знаете, я это всегда знала, — ухмыльнулась Юля.
Вечером дома её ждал Алексей.
— Ты правда хочешь меня выписать?! Да ты с ума сошла?! Мы семья!
— Прекрасно понимаю. Это выглядит так: ты женился на женщине с квартирой, поселился, припёр на шею всех своих родственников, а теперь возмущён, что её терпение лопнуло.
— Да ты неблагодарная! Мы с тобой — семья! Значит, всё должно быть общее! И квартира — тоже!
Юля подошла ближе.
— Квартира. Моя. Ты тут — гость. С регистрацией. Но не надолго. Я подала документы в суд. И на развод. И на выписку.
— Ты… — у него задёргался глаз. — Ты что, серьёзно?!
— Абсолютно.
— Да с кем ты останешься?! Кому ты нужна вообще, кроме меня?!
Юля рассмеялась.
— Лёша. Мне тридцать четыре. Но знаешь, у меня есть то, чего нет у тебя. Жильё. Доход. И, главное, мозги.
Он резко сел.
— Ну… давай по-хорошему. Договоримся.
— Конечно, можем. Договоримся так: ты собираешь вещи. Сегодня. И уезжаешь. Куда угодно. Хоть к мамочке.
Тут зазвонил её телефон. «Валентина Сергеевна». Юля включила громкую связь.
— Юлия, значит так! Я сейчас приеду и мы с тобой поговорим по-женски! Ты, видимо, забыла, что ты теперь часть нашей семьи!
— Прекрасно. Жду. Только сразу скажите — вы с вещами или без? Чтобы я такси заказала побольше.
— Ты… ты это брось! Мы через суд будем квартиру делить!
— Валентина Сергеевна, суд уже в курсе. И поверьте — то, что квартира моя, я докажу легко.
— Ах ты…
— До свидания, — спокойно сказала Юля и отключила звонок.
Алексей сдулся.
— Я тебя ненавижу… — пробормотал он.
Юля посмотрела ему прямо в глаза.
— А знаешь… Спасибо. Потому что теперь я точно знаю — я могу жить одна. И знаешь что? Это прекрасно.
Дверь хлопнула. Громко. Последний раз. Юля осталась одна. Хозяйкой. Без родственников, без балласта и без иллюзий. Но с лёгким сердцем и огромным чувством собственного достоинства.
