— Ты Любе сорок пять тысяч перевёл?
Инга стояла в прихожей с телефоном в руке и смотрела на Вадима, который только что вошёл домой.
Он снял куртку, повесил её на крючок и даже не сразу понял, почему жена встретила его именно этим вопросом.
— Да. А что?
Инга показала экран.
Уведомление пришло ещё час назад. С общего счёта списали сорок пять тысяч рублей. Именно с того счёта, где лежали деньги на материалы для крыши.
На субботу была назначена доставка. В понедельник должны были приехать рабочие.
— Завтра оплачивать заказ.
— Оплатим.
— Чем?
Вадим устало провёл рукой по волосам.
— Инг, давай не сейчас. Я весь день на ногах.
— Нет. Как раз сейчас. Потому что утром нам выставят окончательный счёт, а ты вечером взял оттуда сорок пять тысяч.
Он прошёл на кухню.
— Любе понадобились.
Инга осталась стоять несколько секунд, потом пошла следом.
Вадим открыл холодильник, достал контейнер с ужином и поставил его на стол.
— На что?
— Потом расскажу.
— Ты уже рассказал главное. Взял деньги и перевёл.
— Не взял. Это общий счёт.
— Именно.
Он посмотрел на неё.
— Я тоже туда деньги кладу.
— И поэтому можно не спрашивать?
Вадим ничего не ответил.
Инга села напротив.
Это был далеко не первый перевод его сестре.
После развода Любы всё действительно началось с нормальной помощи.
Тогда Инга сама сказала, что женщине с шестилетним ребёнком сложно в одиночку организовать переезд. Люба съезжала из квартиры бывшего мужа быстро, пришлось нанимать машину, грузчиков и покупать часть бытовых мелочей заново.
Вадим спросил, могут ли они помочь.
Инга согласилась.
Через две недели потребовался залог за съёмную квартиру. Тоже помогли.
Перед школой племяннику купили письменный стол. Инга сама ездила выбирать его вместе с Любой и мальчиком.
Тогда всё выглядело естественно.
Никто не считал эти расходы проблемой.
Проблема появилась позже, когда срочные просьбы почему-то не закончились.
Сначала Люба написала брату, что до конца месяца не хватает на продукты. Вадим отправил деньги.
Потом понадобились зимние ботинки сыну.
Ещё через неделю — деньги на коммунальные платежи.
Потом выяснилось, что у Любы задолженность по кредитной карте.
Вадим закрыл часть долга.
Следом появились доставки из супермаркета, школьные покупки, новая куртка ребёнку, платная диагностика автомобиля, хотя машина Любе принадлежала не одна — бывший муж всё ещё участвовал в расходах.
Инга долго не вмешивалась.
Её раздражала не сама помощь.
Она видела другое: Люба постепенно перестала сначала считать свои возможности и только потом обращаться к брату.
Теперь схема была обратной.
Если денег на что-то не хватало, она сразу звонила Вадиму.
Причём Люба не находилась в бедственном положении.
Она работала администратором в медицинском центре. Регулярно получала алименты. Съёмную квартиру выбрала не самую дешёвую, зато недалеко от работы и школы сына. Ездила на машине, заказывала еду, покупала вещи не только по необходимости.
Инга не собиралась указывать ей, как жить.
Но оплачивать часть этих решений из своего семейного бюджета тоже не собиралась.
Вадим считал иначе.
— У неё сейчас период сложный, — говорил он. — Она только после развода приходит в себя.
Сложный период продолжался уже почти год.
Сам Вадим искренне не понимал, почему жену это беспокоит.
У них был дом.
Никакой ипотеки.
Никаких крупных кредитов.
Со стороны всё выглядело действительно благополучно.
Только дом почему-то не умел существовать бесплатно.
Летом начала подтекать крыша над пристройкой. Сначала после сильного дождя появилась небольшая влажная полоса на потолке, потом стало понятно, что менять придётся не одну доску.
Мастер приехал, посмотрел и сразу сказал:
— До зимы лучше сделать.
Одновременно начал барахлить котёл. Не критично, но оставлять отопление в таком состоянии на холодный сезон никто не советовал.
В ванной уже несколько месяцев стояла разобранная тумба. Часть работ супруги откладывали дважды, потому что каждый раз появлялось что-то срочнее.
И вот теперь деньги, предназначенные на кровлю, снова ушли Любе.
— Так на что сорок пять тысяч? — повторила Инга.
Вадим включил микроволновку.
— На холодильник.
Инга даже подумала, что ослышалась.
— Сломался?
— Нет.
— Тогда что с ним?
— Старый.
— Насколько старый?
— Я не знаю. Лет семь, наверное.
Инга молча посмотрела на мужа.
Микроволновка пискнула.
Вадим достал контейнер.
— Она нашла хороший по акции. Ей немного не хватало.
— Сорок пять тысяч — это немного?
— Относительно стоимости холодильника — да.
Инга откинулась на спинку стула.
— Исправный холодильник меняют теперь за наш счёт?
— Не за наш. Я ей помог.
— С общего счёта.
— Инга…
— Верни деньги.
Вадим перестал раскладывать еду.
— Куда?
— На счёт.
— Как я их верну? Люба уже заказ оформила.
— Это её проблема.
— Я не буду требовать у неё деньги назад.
— Тогда переведи свои.
Он усмехнулся.
— Какие именно «свои», если мы семья?
Инга коротко кивнула.
— Отлично. Значит, когда переводишь сестре, деньги твои. А когда надо вернуть их в общий бюджет, они уже семейные.
— Я такого не говорил.
— Именно это сейчас и получилось.
Вадим сел.
— Я достаточно вкладываю в дом, чтобы иметь право самому решить, могу я помочь родной сестре или нет.
— Со своего личного счёта — сколько угодно.
— Опять началось.
— Нет. Оно не прекращалось.
Инга взяла телефон, открыла заметки и положила перед мужем.
Несколько недель назад она специально собрала переводы за последние десять месяцев.
Часть находилась в истории общего счёта.
Часть Вадим сам когда-то упоминал.
Что-то Инга помнила по конкретным ситуациям.
Итог получился больше трёхсот тысяч.
Она тогда сама удивилась.
Не потому, что каждый перевод был огромным. Наоборот.
Пять тысяч.
Восемь.
Двенадцать.
Семь.
Ещё десять.
И так месяц за месяцем.
Иногда между ними появлялась крупная сумма.
В итоге из семейного бюджета утекла стоимость вполне серьёзного ремонта.
После того разговора Вадим признал, что переборщил.
Они договорились просто: крупные переводы родственникам заранее обсуждают.
Никаких запретов.
Никаких разрешений друг у друга.
Обычный разговор перед тем, как распоряжаться общими деньгами.
Вадим продержался меньше месяца.
Сначала перевёл Любе пять тысяч.
Инга увидела, но промолчала.
Через две недели — десять.
Теперь сорок пять.
— Мы это уже обсуждали, — сказала она.
— И что? Мне теперь каждый раз к тебе с заявлением приходить?
— Нет. Достаточно одного сообщения: «Любе нужен новый холодильник, хочу добавить сорок пять тысяч».
— Ты бы отказала.
— Конечно.
— Вот поэтому я и не спрашивал.
Инга посмотрела на него внимательнее.
Вот оно.
Никакая забывчивость.
Никакая срочность.
Он прекрасно помнил договорённость.
Просто заранее знал, что жена не согласится, и поэтому решил поставить её перед фактом.
— Спасибо, — сказала Инга.
— За что?
— За нормальный ответ.
Вадим нахмурился.
— Не начинай.
— Я закончила.
Она встала.
— Куда ты?
— Проверю, сколько не хватает на материалы.
— Я добавлю потом.
— Не надо потом. Завтра утром счёт.
— Возьмём из накоплений.
Инга повернулась.
— То есть на холодильник Любы деньги взяли из текущего бюджета, а крышу нашего дома оплатим из накоплений?
— Какая разница, откуда?
— Для тебя, похоже, никакой.
Она вышла из кухни.
Вадим остался ужинать.
На следующий день материалы всё-таки оплатили.
Инга перевела недостающую сумму из своих личных накоплений.
Она ничего не сказала мужу.
Просто сделала это, потому что рабочих уже согласовали, переносить ремонт на конец осени было глупо.
В субботу с утра во дворе разгрузили упаковки.
Вадим помогал таскать материалы под навес, потом отвечал на вопросы мастера.
К обеду стало ясно, что повреждение оказалось чуть больше, чем предполагали сначала.
Нужно было докупить ещё часть крепежа и защитных материалов.
Инга записала список.
— После обеда съездим? — спросила она мужа.
Вадим посмотрел на телефон.
— Я не смогу.
— Почему?
— Любе шкаф привезли. Надо собрать.
Инга медленно убрала бумажку в карман.
— Сегодня?
— Да.
— А здесь?
— Рабочие сами всё делают.
— Они спросили про крепёж.
— Купи.
— Мы собирались вместе.
— Инг, там на час.
Она ничего не ответила.
На час Вадим уехал в половине второго.
Вернулся почти в девять.
Оказалось, шкаф привезли в нескольких коробках, инструкция была непонятная, потом обнаружили, что нужно крепить одну секцию к стене, пришлось ехать за дюбелями.
Инга весь день провела между магазином, мастерами и домом.
Вечером Вадим вошёл довольный.
— Собрали всё-таки.
— Хорошо.
— Люба вообще хотела мастера вызвать, но там ничего сложного.
Инга закрыла ноутбук.
— У нас рабочие нашли проблему возле дымохода.
Улыбка исчезла.
— Серьёзно?
— Нет. Но надо было решать сразу. Решила.
— Ну вот.
Эти два слова раздражили Ингу сильнее всего.
Не помощь.
Не шкаф.
Даже не то, что он уехал.
А его уверенность: если жена справилась без него, значит, его присутствие и не требовалось.
Через несколько дней история повторилась.
Вадим два вечера подряд возил Любу по магазинам.
Сначала она выбирала светильники.
Потом понадобилось забрать заказ из торгового центра.
В четверг Инга напомнила:
— В субботу мы уезжаем.
Они ещё летом забронировали небольшой домик на базе отдыха.
Всего на два дня.
После ремонта крыши и бесконечных бытовых дел Инга особенно ждала эту поездку.
— Помню, — сказал Вадим.
В пятницу вечером он подошёл к ней с телефоном.
— Тут ситуация.
Инга сразу поняла.
— Какая?
— Любе надо перевезти вещи из гаража Дениса.
— В субботу?
— Он только в субботу может открыть.
— Пусть закажет машину.
— Там немного. Я на своей всё перевезу.
— А наша поездка?
Вадим помолчал.
— Перенесём.
— Мы уже один раз переносили.
— Что я могу сделать? Там вещи ребёнка.
Инга посмотрела на мужа.
— Поехать со мной.
— А вещи?
— Останутся в гараже ещё неделю.
Вадим покачал головой.
— Денис потом специально время не даст.
— Тогда пусть Люба решает этот вопрос с Денисом.
— Ты сейчас просто упёрлась.
Инга не стала спорить.
В субботу Вадим уехал помогать сестре.
Она отменила бронирование.
Часть предоплаты не вернули.
Этот вечер Инга провела дома одна.
Она не плакала, не собирала вещи, не звонила подругам.
Сначала разобрала документы по ремонту.
Потом оплатила счёт за котёл.
После открыла банковские выписки и ещё раз просмотрела последние месяцы.
Картина стала настолько ясной, что от неё даже не хотелось злиться.
Вадим не делал ничего ужасного по отдельности.
Не исчезал на недели.
Не проигрывал деньги.
Не пил.
Не заводил вторую семью.
Он просто понемногу переносил туда всё, что раньше принадлежало их собственной жизни.
Деньги.
Выходные.
Вечера.
Планы.
Силы.
Причём сам искренне считал это мелочами.
Ну перевёл.
Ну съездил.
Ну помог.
Ну перенесли поездку.
Ну подождёт ремонт.
Одно «ну» за другим.
В воскресенье вечером Вадим вернулся.
— Всё перевезли.
Инга сидела на кухне и составляла список расходов по дому.
— Поздравляю.
— Ты всё ещё злишься?
Она подняла глаза.
— Нет.
— По голосу не скажешь.
— Я устала.
— От чего?
Инга несколько секунд смотрела на него.
— От того, что у меня муж по остаточному принципу.
Вадим усмехнулся.
— Начинается соревнование с Любой.
Инга замерла.
Не от самой фразы.
От лёгкости, с которой он её произнёс.
Будто всё происходившее последние месяцы было женской ревностью.
Будто она боролась с его сестрой за внимание.
Будто разговоры о деньгах, договорённостях, доме и сорванных планах были капризом.
— Никакого соревнования нет, — сказала она.
— Вот и отлично.
— Потому что я в нём не участвую.
Вадим открыл бутылку воды.
— Тогда в чём проблема?
Инга закрыла блокнот.
— Мне муж на полставки не нужен. Собирай вещи и езжай к своей сестрёнке, раз ей постоянно помогаешь.
Он рассмеялся.
— Очень смешно.
— Я не шутила.
Вадим посмотрел на неё внимательнее.
— Ты сейчас на эмоциях.
— Возможно.
— Поэтому поговорим завтра.
Он взял воду и ушёл в гостиную.
Через минуту включился телевизор.
Инга осталась на кухне.
Сначала ей захотелось пойти следом и заставить его дослушать.
Потом передумала.
За последние месяцы она слишком много объясняла человеку то, что он прекрасно понимал.
Инга поднялась наверх.
Достала из кладовой большой чемодан.
Открыла шкаф.
Не бросала одежду кучей.
Сложила джинсы.
Рубашки.
Толстовки.
Домашние вещи.
Бельё.
В боковой карман положила зарядные устройства.
На столе в кабинете нашла папку с документами Вадима.
Паспорт оставила сверху.
В ванной собрала его принадлежности в отдельную косметичку.
Потом вспомнила о связке ключей.
Несколько месяцев назад Люба сама дала брату запасной комплект от своей квартиры.
— На всякий случай. Вдруг ребёнка надо будет забрать или я ключ потеряю.
Ключи всё это время лежали в ящике комода.
Инга достала их.
Положила рядом с чемоданом возле входной двери.
Телевизор работал ещё минут сорок.
Потом послышались шаги.
Вадим вышел в коридор и остановился.
— Это что?
Инга спускалась по лестнице.
— Твои вещи.
Он посмотрел на чемодан.
Потом на ключи.
— Ты серьёзно?
— Да.
Вадим уже не улыбался.
— Инга, прекрати.
Она прошла мимо него в кухню.
Он пошёл следом.
— Ты меня из дома выгоняешь из-за перевода Любе?
Инга открыла посудомоечную машину и начала доставать чистые тарелки.
— Нет.
— А из-за чего?
— Мы это обсуждали.
— Я помог сестре.
— Помогай.
— Тогда что тебе надо?
Инга поставила тарелку в шкаф.
— Ничего.
— В смысле?
— Я не требовала выбирать между мной и Любой. Я просила одну вещь: не распоряжаться общими деньгами без разговора.
Вадим молчал.
— Ты согласился. Потом решил, что можешь просто не спрашивать, если знаешь, что я буду против. Всё.
— Из-за этого люди не расходятся.
— Люди расходятся по разным причинам.
— А все мои дела дома ты не считаешь?
Инга повернулась.
— Считаю. Поэтому и не говорю, что ты плохой муж. Я говорю, что мне такой вариант больше не подходит.
— Какой вариант?
— Когда сестра звонит — ты едешь. Когда у нас планы — мы переносим. Когда ей нужны деньги — берёшь из общего. Когда мне это не нравится — называешь соревнованием.
Вадим открыл рот, но Инга подняла ладонь.
— Не надо ещё одного круга. Всё уже сказано.
Он постоял несколько секунд.
— И куда я должен ехать?
Инга кивнула в сторону прихожей.
— Ключи лежат рядом.
Вадим нахмурился.
— Ты издеваешься?
— Нет. У Любы постоянно что-нибудь нужно. Теперь будешь рядом.
— Это и мой дом тоже.
Дом действительно был куплен в браке.
Инга не собиралась изображать, что может одним чемоданом лишить мужа прав на имущество.
— Я знаю.
— Тогда почему ты складываешь мои вещи?
— Потому что сейчас я не хочу жить с тобой под одной крышей. Если не хочешь ехать — оставайся. Тогда уеду я на несколько дней.
Вадим посмотрел на неё.
Этот вариант ему не понравился ещё больше.
— То есть ты реально готова всё развалить?
— Я готова перестать делать вид, что всё нормально.
Он прошёлся по кухне.
Потом сел.
Инга не торопила.
Минут через пять Вадим встал.
— Я поживу у Любы.
— Хорошо.
— Пару дней.
— Как решишь.
Он поднялся наверх, проверил вещи, добавил куртку и ноутбук.
Перед выходом задержался возле двери.
— Ты потом поймёшь, что перегнула.
Инга открыла дверь.
— Возможно.
Вадим забрал чемодан и ушёл.
До Любы он доехал поздно.
Сестра открыла в домашнем костюме и сначала даже обрадовалась.
— Ты чего с чемоданом?
— Можно у тебя несколько дней пожить?
Улыбка стала осторожнее.
— Конечно. А что случилось?
— Поругались.
Люба отступила, пропуская брата.
Квартира была двухкомнатная.
В одной комнате жила она.
Вторая принадлежала сыну.
Поэтому первый вечер Вадим провёл на раскладном кресле в комнате племянника.
Мальчик долго не мог заснуть.
Сначала хотел показать дяде конструктор.
Потом спрашивал, почему тот будет жить у них.
Потом попросил оставить ночник включённым.
Утром Вадим проснулся раньше будильника от звука мультфильмов.
На третий день Люба предложила:
— Может, ты всё-таки в гостиной будешь спать?
— У тебя нет гостиной.
— Ну на кухне диванчик раскладывается.
Вадим посмотрел на узкую кушетку возле стены.
— Я туда не помещусь.
— Тогда не знаю.
Он ничего не ответил.
Первые два дня сестра относилась к ситуации почти как к гостевому визиту.
Покупала что-то к ужину.
Спрашивала, когда он вернётся.
На четвёртый начала раздражаться.
— Вадим, ты кружку опять в комнате оставил.
— Сейчас уберу.
— И полотенце в ванной повесь нормально. Там места мало.
На пятый день она спросила:
— Ты надолго вообще?
— Пока не знаю.
Люба сложила руки на груди.
— А с Ингой разговаривал?
— Нет.
— Может, пора?
— Она сама сказала пожить у тебя.
— Ну мало ли что она сказала.
Вадим посмотрел на сестру.
— Я тебе мешаю?
— Нет.
Ответ прозвучал слишком быстро.
— Тогда ладно.
Вечером пришёл счёт за коммунальные услуги.
Вадим сидел на кухне с ноутбуком.
Люба что-то считала в телефоне.
— Слушай, — сказал он. — Раз я пока здесь, давай бытовые расходы пополам.
Она подняла глаза.
— Какие?
— Продукты, коммуналка. Я же тоже пользуюсь.
— Ты серьёзно?
— Конечно.
— Ты у меня временно.
— Поэтому и предлагаю свою часть.
Люба нахмурилась.
— У меня и так расходов полно.
— У меня тоже.
— Но ты же не снимаешь сейчас жильё.
— И что?
— Я думала, ты сам продукты хотя бы будешь покупать.
— Буду. Поэтому проще делить.
Люба положила телефон на стол.
— Вадим, у меня ребёнок. Как мы будем пополам считать? Нас двое, ты один.
— Хорошо. Тогда по людям.
— Отлично. Ещё таблицу сделай.
Он посмотрел на неё.
Несколько секунд никто не говорил.
Потом Вадим усмехнулся.
— Странно.
— Что?
— Когда я тебе деньги переводил, считать было нормально.
Люба резко выпрямилась.
— Я тебя никогда не заставляла.
— Не заставляла.
— Сам помогал.
— Да.
— Тогда сейчас к чему эти претензии?
— Никаких претензий.
Он закрыл ноутбук.
Разговор закончился.
Но после него в квартире стало заметно теснее.
Через день Люба спросила, не может ли брат забрать часть вещей в машину, потому что коробки мешают сыну.
Ещё через два пожаловалась матери, что Вадим почему-то не собирается мириться с женой.
Нина Степановна позвонила сыну вечером.
— Ты чего там засел?
— А где мне быть?
— Домой иди.
— Инга не зовёт.
— Мужчину приглашать обратно никто не обязан.
— Вот и я пока не иду.
Мать недовольно помолчала.
— Любе неудобно.
Вадим посмотрел на закрытую дверь комнаты.
— Быстро.
— Что быстро?
— Ничего.
Он закончил разговор.
Инга всё это время жила дома одна.
Первые два дня было непривычно тихо.
Потом оказалось, что тишина не мешает.
Рабочие закончили кровлю.
Мастер по отоплению заменил нужную деталь.
Инга наконец заказала недостающую мебель для ванной.
Вадим писал несколько раз.
Не просил вернуться.
Не извинялся.
Сначала спрашивал, как ремонт.
Потом сообщил, что забрал из машины инструменты.
Однажды прислал:
«Нам надо поговорить».
Инга ответила:
«Когда будет что сказать — поговорим».
На этом всё.
Через полторы недели Люба позвонила брату прямо с работы.
— Ты сегодня во сколько?
— После восьми.
— А завтра?
— Не знаю.
— Мне нужно понимать.
— Зачем?
Она замялась.
— Артёму неудобно. У него вещи в комнате, а ты там постоянно.
— Я могу спать на кухне.
— Там утром я завтракаю.
Вадим молчал.
— Ты только не обижайся, — добавила Люба. — Просто одно дело пару дней, другое — жить.
Он посмотрел в окно машины.
— Понял.
— Может, с Ингой уже помиритесь?
Вадим усмехнулся.
— А если нет?
Люба не ответила.
Этого оказалось достаточно.
Вечером он вернулся к сестре, собрал часть вещей и отвёз их в багажник.
На следующий день снял небольшую студию на месяц.
Инге об этом ничего не сообщил.
Она узнала случайно от свекрови, которая позвонила в воскресенье.
— Довольна теперь?
Инга держала телефон плечом и вытирала кухонную столешницу.
— Чем?
— Вадим квартиру снял.
— Значит, решил вопрос.
— А домой пустить мужа не хочешь?
Инга положила тряпку в раковину.
— Он взрослый человек. Если захочет поговорить, позвонит.
— Люба тоже хороша. Неделю потерпеть не могла.
Инга почти улыбнулась.
— Вот это вы лучше с Любой обсудите.
Она закончила звонок.
В понедельник вечером Вадим приехал.
Не с чемоданом.
Без цветов.
Без подарков.
Позвонил в дверь и ждал, пока Инга откроет.
Она впустила его.
Он прошёл на кухню и сел.
— Я квартиру снял.
— Знаю.
— Мама успела?
— Успела.
Вадим кивнул.
Несколько секунд смотрел на стол.
— Я не думал, что всё так выглядит.
Инга не стала спрашивать, что именно.
Он продолжил сам:
— Когда Люба звонила, мне каждый раз казалось, что это мелочь. Помочь один раз. Забрать. Привезти. Добавить денег.
Инга села напротив.
— Я знаю.
— У неё я неделю пожил — и уже начал считать, сколько времени и денег уходит просто на обычную жизнь.
— Угу.
— И понял ещё кое-что.
Она ждала.
— Любе нравилось, когда я приезжал решать проблемы. А жить со мной ей почему-то оказалось неудобно.
Инга слегка подняла брови.
— Удивительно.
— Очень.
Он впервые за вечер улыбнулся, но тут же посерьёзнел.
— Я не приехал проситься обратно сегодня.
— Хорошо.
— Хочу просто сказать: ты была права насчёт счёта.
Инга ничего не ответила.
— И насчёт договорённости.
Он достал телефон.
— Я вернул сорок пять тысяч.
Инга открыла приложение.
Перевод действительно пришёл.
С его личного счёта.
Она положила телефон рядом.
— Хорошо.
— И дальше Любе — только из своих.
— Это твои отношения с сестрой.
— Да.
Вадим медленно кивнул.
— С ремонтом я тоже всё бросил.
— Было.
— Поездку отменили из-за меня.
— Было.
— Я не собираюсь сейчас перечислять всё подряд.
Инга посмотрела на него внимательнее.
Хоть это он понял.
— Тогда не перечисляй.
— Не буду.
Он поднялся.
— Я ещё поживу отдельно.
— Наверное, так лучше.
— Ты не против?
— Нет.
Вадим дошёл до двери.
Потом обернулся.
— Ключи Любы у тебя остались?
Инга открыла ящик комода, достала связку и протянула ему.
— Передай хозяйке.
Он взял ключи.
— Теперь точно передам.
Через несколько дней Люба прислала брату фотографию нового холодильника.
Вадим посмотрел сообщение и убрал телефон.
Никакого ответа не написал.
В тот же вечер он приехал к дому Инги помочь мастеру с ванной.
Работали почти до десяти.
Когда закончили, Вадим собрал инструмент.
— Я поехал.
Инга проводила его до прихожей.
На месте, где две недели назад стоял большой чемодан, теперь лежала только упаковка новой напольной плитки.
Вадим надел куртку.
— В субботу мастер будет?
— В десять.
— Приеду к девяти.
Инга кивнула.
Он вышел.
Она закрыла дверь и вернулась на кухню.
Телефон лежал на столе.
Никаких банковских уведомлений не было.
