Новый дом, старые тени
Квартира пахла свежей краской. Марина с гордостью оглядела плоды их трудов и повернулась к мужу. Во взгляде Алексея сквозила затаённая тревога.
— Ты опять о ней думаешь? — спросила Марина.
— О ком?
— О Светлане Петровне, конечно! Ты же сам говорил, что не хочешь её сюда пускать.
— Но она ведь мать, — вздохнул Алексей. — Если мы откажем, она начнёт давить на жалость: «Я старая», «Мне негде жить»…
— А нам было где жить? Мы десять лет копили на эту квартиру!
— Пусть немного поживёт! Ну, месяц, ну два! — повысил голос Алексей.
— Ладно! — стиснул он зубы после спора. — Пусть поживёт. Но только месяц!
Нежданные жильцы
Через две недели Марина вернулась домой и услышала громкий смех. В гостиной сидели трое незнакомых парней.
— Привет, хозяйка! — весело крикнул один. — А нам мама ваша комнату сдала.
В глазах Марины потемнело. Она ворвалась в спальню, где Светлана Петровна невозмутимо смотрела сериал.
— Что за люди в моей гостиной?! — прошипела Марина.
— А, это студенты, — спокойно ответила та. — Хорошие ребята, платят исправно. Деньги лишними не бывают.
— Ты сдаёшь мою квартиру?!
— Алексей! — взвизгнула свекровь, когда Марина схватила её за руку. — Твоя жена руки распускает!
На пороге появился бледный Алексей:
— Марина, что происходит?
— Спроси у своей мамы! Она превратила наш дом в проходной двор!
Больная на голову
Студенты ушли.
— Ты совсем охренела? — первым нарушил молчание Алексей, его голос дрожал.
— Алёшенька, не кричи, — Светлана Петровна подняла на него влажные, обиженные глаза. — Я же для тебя старалась… Это деньги на лечение! Для твоей матери!
Алексей замер:
— Какое ещё лечение?
Светлана Петровна дрожащими руками швырнула на стол пачку бумаг.
— Вот! Рак, третья стадия! Врачи говорят, если не оплатить курс, то… — она театрально уронила голову в руки.
Алексей взял бумаги. Всё выглядело правдоподобно.
— Покажи мне, — резко сказала Марина и вырвала у него листы. Она сразу заметила неладное. — Это фальшивка. Посмотри на печать — размытая. И шрифт не тот.
— Ах ты стерва! — Светлана Петровна бросилась на Марину, царапая её.
— ХВАТИТ! — заорал Алексей, отталкивая мать. — Поддельные справки, враньё… Ты вообще понимаешь, что творишь?!
— Да пошёл ты! — взорвалась та. — Я для тебя всё, а ты выбрал эту шлюху вместо матери!
Не сдержавшись, Марина влепила ей пощёчину. Наступила тишина.
— Всё, — прошептала Светлана Петровна. — Теперь ты мне не сын.
Она схватила сумку и выскочила за дверь. Алексей, качнувшись, со всей силы врезал кулаком в стену.
Заначка
Три дня тишины. Алексей пил, а Марина яростно убирала квартиру, выкидывая всё, что напоминало о свекрови. В шкафу она наткнулась на металлическую коробку из-под печенья. Внутри оказались пачки пятитысячных купюр и ключи.
— Это же… от старой квартиры? — прошептал Алексей. — Год назад она говорила, что продала всё, чтобы оплатить долги…
Марина тут же набрала номер, чтобы узнать о той квартире.
— Что? — её лицо исказилось от ужаса. — Она… сдаёт её?
Трубка выпала у неё из рук. Среди денег в коробке нашлись и договоры аренды.
— Блядь… — сел на пол Алексей. — Весь этот год… Она врала, что осталась ни с чем.
— Всё. Я еду туда, — решительно сказала Марина.
— Подожди!
— Хватит ждать! Она нас обобрала, Алёша! ДВАЖДЫ!
Чужие стены
Дверь в ту квартиру была не заперта. В нос ударил запах дешёвого парфюма и табака. Из спальни доносился смех: женский — визгливый, узнаваемый, и мужской — молодой, наглый.
Марина застыла у приоткрытой двери. Их спальня. Их кровать. На одеяле — Светлана Петровна в красном, вызывающем белье. Рядом с ней детина лет тридцати с татуировками обнимал её за талию.
— Главное, чтобы сынок не прознал, — хихикнула она.
Марина распахнула дверь.
Светлана Петровна вскрикнула. Мужчина резко вскочил.
— Ты чё, тёлка?!
Но Марина смотрела только на свекровь.
— Вот как. Наша квартира. Наша кровать. И даже мой лак на твоих когтях.
После короткой перепалки любовник вышел, бросив: «Ну и шлюхи в вашей семье».
— Марина, давай поговорим, — заискивающе улыбнулась Светлана Петровна.
— Хорошо, — Марина достала телефон. — Вызываю полицию. За мошенничество. За незаконную аренду. И за кражу.
— Ты не посмеешь! Я — мать твоего мужа!
— Нет. Ты — крыса. И сейчас тебя затравят.
В этот момент в дверях появился Алексей. Его взгляд был пустым, безжизненным. Он смотрел на мать, не веря своим глазам.
— Алёшенька… — умоляюще прошептала она.
Алексей молча развернулся и ушёл в коридор. Марина услышала, как он начал рыдать.
— Поздравляю, — сказала она с ледяной улыбкой. — Ты добилась. Теперь у тебя нет сына.
Светлана Петровна завыла, как раненый зверь, начиная крушить всё вокруг.
Но Марина уже не слушала. Она вышла в коридор, обняла содрогающегося от рыданий мужа.
— Всё, Алёш. Всё кончено.
В квартире раздавались звуки разбиваемой посуды и крики женщины, потерявшей всё.
