Ольга качала сына и смотрела на часы. Три часа ночи. Малыш никак не хотел успокаиваться. В темноте светился экран телефона. Андрей обещал позвонить еще днем. И не позвонил. «Я в очередной раз тяну всё на себе. Я устала», — подумала Ольга.
В сорок два она выглядела моложе многих тридцатилетних, но сейчас это не имело значения. Положив уснувшего сына в кроватку, она вышла из детской. Заглянула в комнату старших — шестнадцатилетний Максим и четырнадцатилетний Даня спали. Их отец исчез из жизни давно.
Когда она встретила Андрея, тридцатипятилетнего, умного и обаятельного, то почувствовала – это он. Разница в возрасте не чувствовалась. Он познакомился с ее сыновьями, но сразу сказал: «Я не уверен, что смогу стать им отцом». «Им не нужен отец, у них есть я», — ответила тогда Ольга.
Телефон на столе ожил. «Андрей».
— Привет, — голос звучал устало. — Прости, что так поздно. Только освободился.
— Ты приедешь? — спросила Ольга, хотя уже знала ответ.
— Завтра… наверное, не получится. Проект горит.
Год назад он сделал ей предложение. Они оба хотели ребенка. «Мы поженимся после родов, — говорил Андрей. — Чтобы ты была красивой невестой». Но после рождения Кирилла что-то пошло не так. Бесконечные «не могу приехать», «сложно», «много работы».
— Ольга, он тебя динамит, — сказала ей подруга Марина через несколько месяцев. — Он заезжает раз в неделю. И что, этого достаточно?
— Он говорит, что любит нас. Просто сейчас очень загружен.
— Это стандартная отмазка. Ты не его любовница, а мать его ребенка. Ставь условия.
Ольга понимала, что подруга права. Каждый раз, когда она видела, как старшие сыновья молча наблюдают за ее отношениями с Андреем, ей становилось не по себе. В их глазах читалось: «Мама, ты снова вкладываешься в того, кто этого не ценит».
В один из вечеров Андрей приехал с опозданием, привез огромного плюшевого слона. Провел с сыном чуть больше часа и собрался уезжать.
— Останься на ужин, — предложила Ольга.
— Не могу. Завтра ранняя встреча. Скоро всё наладится, я обещаю.
Но ничего не налаживалось. Андрей приезжал раз в неделю, иногда реже, отвечал на фото Кирилла сердечками и исчезал.
Однажды Ольга пожаловалась Марине: «Мне кажется, он просто использует нас — приезжает как в зоопарк». «Так поставь вопрос ребром», — посоветовала та. Ольга обещала поговорить, но боялась, что он выберет «никак», и Кирилл останется совсем без отца.
А потом она нашла доказательство.
— Неделю назад, — медленно сказала она подруге по телефону, — Андрей забыл у нас свой телефон. Пришло уведомление с его почты… В общем, у него билет в Сочи на следующие выходные. Путевка на двоих.
— Вот это новость. И ты молчала? — присвистнула Марина. — Оля, хватит. Ты же умная женщина.
Когда она положила трубку, в комнате стало очень тихо. Для него её старшие сыновья всегда оставались чужими, лишним грузом. Ольга взяла телефон.
«Так не может продолжаться. Ты либо с нами, либо нет».
Отправила и тут же выключила телефон. Ответ пришел через день.
«Я не готов».
И следом еще одно:
«Я не готов жить с чужими детьми».
Ольга долго смотрела на экран. И вдруг она поняла: она знала это с самого начала. Просто не хотела признавать, надеялась, что любовь и малыш всё изменят. Она нажала кнопку «заблокировать».
Через два дня Андрей заявился с букетом роз. Ольга открыла дверь.
— Привет, — сказал он. — Можно войти?
Она взяла букет и бросила его ему под ноги.
— Пошёл вон.
— Оля, давай поговорим…
— О чём? О твоей путёвке на двоих в Сочи? Убирайся.
— А как же Кирилл? Я имею право…
— Имеешь, — отрезала она. — Через суд. Алименты, график встреч — всё по закону. А в эту квартиру ты больше не войдёшь.
И она захлопнула дверь.
Следующие четыре месяца были самыми тяжёлыми в её жизни. Андрей звонил, писал, потом подал в суд. Ольга сидела в зале, слушая решение: Андрею предоставлялось право видеться с Кириллом два раза в месяц по три часа в её присутствии. Она посмотрела на Андрея – в дорогом костюме, с адвокатом, он строил из себя заботливого отца. А на самом деле ему просто было обидно, что его бросили, а не он.
Первые встречи были мучительными. На третьей он попытался познакомить её со своей новой девушкой Викой.
— Нет, — твёрдо сказала Ольга. — В решении суда нет ни слова о присутствии третьих лиц.
— Ты невыносима, — процедил Андрей.
— А ты подлец, — тихо ответила она.
Кирилл рос. Ольга медленно выходила из депрессии. Каждый день без Андрея был как маленькая победа. Она постепенно перестала ненавидеть его и злиться на себя. Просто принимала реальность: она одна с тремя детьми, и не нужно никаких иллюзий. Ей и так неплохо.
