Закрыв кондитерскую поздним вечером, Марина устало опустилась на стул. День выдался насыщенным. Достав блокнот, она начала делать наброски, но телефон настойчиво завибрировал.
— Ты где? — голос Алексея звучал недовольно. — Уже десятый час!
— В магазине, милый. Нужно закончить дела.
— Опять? Марин, ну сколько можно? Дома есть нечего.
Марина поморщилась. Раньше Алексей так не разговаривал. Все изменилось год назад, когда он уволился с работы, решив найти «что-то более достойное». С тех пор достойная работа не нашлась, зато появились претензии.
— В холодильнике котлеты, разогрей, — устало ответила Марина.
— Я не буду разогревать! Я не понимаю, почему должен питаться объедками! Ты жена или кто? Вместо того чтобы дома ужин готовить, торчишь в своей забегаловке!
— Леш, этот магазин кормит нас последний год.
— А, ну да! Теперь ты меня попрекать будешь? Мама права — зазналась ты, Марина. Деловая стала.
Упоминание свекрови, Нины Михайловны, болезненно кольнуло. Та с самого начала была против кондитерской. «Не женское это дело — бизнесом заниматься», — повторяла она.
На следующее утро Марина пришла в магазин раньше обычного. Взгляд упал на приоткрытый ящик стола. Папка с договором по кредиту лежала странно, будто ее недавно просматривали. Нехорошее предчувствие шевельнулось внутри. Вчера, вернувшись домой, она заметила, что Алексей быстро спрятал телефон. А до этого все чаще заставала его шепчущимся о чем-то с матерью.
Следующие недели превратились в странную игру. Алексей неожиданно стал внимательным, расспрашивал о прибыли.
— Знаешь, дорогая, — сказал он как-то, — нам пора подумать о расширении жилплощади.
— В каком смысле?
— Твой бизнес успешен, можно и о загородном доме подумать.
— Леш, зачем нам дом?
— Вот опять ты про свой магазин! Только о нем и думаешь. А о семье?
Через пару дней он снова завел этот разговор:
— Марин, а может, продадим твою кондитерскую? Деньги вложим во что-то серьезное. В недвижимость.
— Мои пирожные кормят нас уже больше года. Не продам магазин.
После этого Алексей изменился. Стал снова холодным, часто пропадал у матери.
В тот вечер он вернулся домой необычно довольный.
— Нам надо поговорить, — торжественно объявил Алексей. — Ты знаешь, как тяжело маме пришлось? Одна меня растила. Никогда ничего для себя… Ей уже тяжело работать. Она устала. А у нас теперь есть возможность помочь.
— Какая возможность?
— Продашь свой магазин, купим маме домик в Краснодарском крае. Она давно мечтает у моря жить.
Марина смотрела на мужа, не веря своим ушам.
— Ты с ума сошел?
— Что я могу? Позаботиться о матери? Да, могу и должен! А ты, как моя жена, обязана поддержать.
— Обязана? А ты, как мой муж, не обязан работать?
— Да как ты смеешь попрекать меня работой?! Я, может, специально не работаю, чтобы лучше место найти!
Марина молчала. Все вдруг встало на свои места.
— Хватит думать только о себе. Продай магазин, — говорил Алексей. — А то люди что подумают? Свекровь у моря мечтает жить, а невестка жадничает.
Телефон завибрировал — сообщение от свекрови: «Лешенька все рассказал? Надеюсь, ты примешь правильное решение. Ты же не хочешь разрушить семью?»
Марина отложила телефон. В спальне мирно посапывал Алексей. Тихо достав чемодан, она начала складывать его вещи. Еще неделю назад она получила консультацию по поводу развода и собрала нужные документы — на всякий случай. Интуиция не подвела.
Утром, когда Алексей проснулся, Марина уже была готова. Она почти силой выставила мужа на улицу, не забыв сказать о разводе.
Телефон разрывался от звонков и сообщений. Алексей писал, что она сошла с ума, свекровь строчила гневные тирады. Марина не отвечала. Она с головой ушла в работу.
Через месяц колокольчик над дверью звякнул знакомо. На пороге стоял Алексей. Осунувшийся, небритый, с виноватым видом.
— Прости меня. Я был неправ. Это все мама, она давила на меня.
Марина спокойно протирала витрину. Внутри была только пустота.
— Знаешь, Леша, — она наконец повернулась к нему, — иди домой. К маме. Мне больше не нужен муж, который не уважает мою мечту.
— Но я же извинился! Что еще тебе нужно?
— Ничего. Просто уходи и больше не приходи.
Когда за Алексеем закрылась дверь, Марина подошла к окну. За стеклом шумел город. Обычный день, обычная жизнь. Только теперь эта жизнь принадлежала только ей.
