— Мне нужен самый обыкновенный унитаз, — сказала Алина продавцу строительного магазина. — Без подогрева, без музыки и прочих достижений цивилизации. Главное, чтобы работал.
Продавец, молодой парень с бейджиком «Артём», показал на ближайший образец.
— Вот этот хороший. Семь тысяч девятьсот. Российский производитель, гарантия пять лет.
— Беру. Только мне нужен мастер, чтобы старый снять, а этот поставить.
— Старый сломался?
— Нет. Старый я забираю с собой.
Артём перестал улыбаться.
— В смысле?
— В самом прямом. Развожусь. Квартиру мужу оставляю, унитаз забираю.
Парень посмотрел на неё с таким уважением, будто перед ним стояла женщина, сумевшая победить всю систему жилищно-коммунального хозяйства.
— Тогда берите этот. Надёжный. Бывший муж оценит.
Алина рассмеялась. Впервые за последние недели ей действительно стало смешно.
Хотя ещё недавно она совершенно не собиралась заниматься сантехническими перестановками.
Людмила Аркадьевна всегда считала, что её сыну с квартирой крупно повезло. А точнее, повезло благодаря матери.
Девять лет назад она продала доставшуюся от родителей дачу и отдала Илье деньги на первоначальный взнос за двухкомнатную квартиру. Остальную сумму сын оформил в ипотеку, которую затем несколько лет выплачивал.
К моменту знакомства с Алиной Илья уже жил в собственной квартире. Правда, обстановка там была такая, что даже тараканы, случись они, предпочли бы снимать жильё в другом месте.
В гостиной стоял диван, оставшийся от прежних хозяев. На кухне имелись три стула, причём один требовал особого обращения: садиться на него следовало строго посередине.
Ванная выглядела так, будто последний ремонт там проводили одновременно с денежной реформой Павлова.
Илью всё устраивало.
— Мне главное, чтобы было где поспать и поесть, — объяснял он.
Алина, работавшая дизайнером кухонь, относилась к жилью иначе.
Она не требовала ремонта немедленно. Первые полгода просто присматривалась, потом купила нормальный стол, заменила стулья, заказала шторы.
После свадьбы появился холодильник побольше. Затем диван, телевизор, кровать, комоды.
За восемь лет совместной жизни квартира постепенно преобразилась.
При этом семейные деньги у супругов были устроены довольно необычно.
Илья платил ипотеку, коммунальные платежи, заправлял и обслуживал автомобиль. Алина оплачивала продукты и большую часть домашних покупок, а из оставшихся денег постепенно приобретала мебель и технику.
Оба зарабатывали достаточно, чтобы не просить друг у друга денег на повседневные расходы.
— Ты опять что-то заказала? — иногда удивлялся Илья, встречая курьера.
— Светильник в спальню.
— А старый куда?
— Старый ты два года назад обещал заменить.
— Хорошо. Только коробку не выбрасывай, вдруг не подойдёт.
Коробки Алина выбрасывала. А вот электронные чеки сохраняла.
На работе она постоянно оформляла заказы для клиентов, получала профессиональные скидки и привыкла хранить документы на покупки.
Илья над этим посмеивался.
— У тебя на каждую табуретку история болезни имеется.
— Зато я знаю, когда у неё гарантия заканчивается.
Людмила Аркадьевна в семейные финансовые подробности не вникала.
Она видела прекрасно обставленную квартиру сына и с удовольствием рассказывала подругам:
— Илюша у меня молодец. Всё в доме сделал. А раньше ведь вообще ничего не было!
Когда подруги хвалили кухню или новый диван, свекровь охотно соглашалась.
Про Алину она обычно добавляла:
— Ну, жена тоже старается. Цветочки там, занавесочки.
Особенно Людмила Аркадьевна любила рассматривать обновлённую ванную.
Два года назад Алина получила наследство после смерти бабушки и решила наконец заменить сантехнику, шкафы и старую ванну.
Илья участвовать отказался.
— Я машину менять собираюсь. Ты же сама говорила, что хочешь ванную переделать. Вот и делай.
Алина спорить не стала.
На наследственные деньги она купила ванну, раковину, смесители, стирально-сушильную машину, мебель, зеркало с подсветкой и дорогой унитаз с функцией биде.
Последний особенно заинтересовал свекровь.
— Это сколько же он стоит?
Услышав цену, Людмила Аркадьевна присела на край ванны.
— За такие деньги он должен ещё картошку чистить!
Через несколько минут она уже изучала кнопки.
— А вот это что?
— Подогрев сиденья.
— Господи. Мы с покойным Аркадием двадцать семь лет обычным пользовались. И ничего, живы остались.
— Аркадий Петрович, к сожалению, умер, — осторожно напомнила Алина.
— Не от унитаза же!
На этом обсуждение технического прогресса закончилось.
Брак развалился в конце августа.
Причиной стала не ванная, не деньги и даже не старая привычка Ильи оставлять мокрые полотенца на кровати.
Алина обнаружила на общем планшете переписку мужа с коллегой Оксаной.
Планшет Илья использовал для просмотра фильмов, а Алина иногда открывала на нём рабочие каталоги. В тот вечер на экране появилось сообщение, после которого она решила посмотреть, почему Оксана так настойчиво интересуется, когда её муж наконец останется один.
Оказалось, отношения продолжались уже несколько месяцев.
Причём Илья успевал обсуждать с любовницей их совместное будущее, одновременно выбирая с женой обои для прихожей.
Когда Алина спросила, что происходит, муж сначала попытался объяснить всё дружеским общением.
Потом признал, что отношения действительно есть.
— Я не хотел тебя обижать.
— Поэтому решил пока не сообщать?
— Я сам не понимал, что делать.
— Теперь понимаешь. Я подаю на развод.
Илья растерялся.
Он явно рассчитывал на более продолжительные переговоры. Возможно, на слёзы, обещания всё исправить и несколько месяцев выяснения отношений.
Но Алина уже прочитала достаточно.
На следующий день она договорилась с сестрой, у которой была свободная комната, собрала одежду, документы, ноутбук и переехала.
В сентябре супруги подали заявление на развод. Детей у них не было, поэтому в октябре брак расторгли через загс.
Илья к тому времени уже рассказал матери свою версию событий.
— Не сошлись характерами, — объяснял он.
Людмила Аркадьевна покачала головой.
— Восемь лет сходились, а тут вдруг перестали?
Когда сын признался про Оксану, мать долго молчала.
— Дурак ты, Илья. Хорошая у тебя жена была.
Но уже через неделю начала рассуждать, что теперь главное — сохранить квартиру.
— Хорошо хоть жильё до брака куплено. А то сейчас начнут делить. Машина тоже на тебя оформлена?
— На меня.
— Ну и прекрасно.
Илья охотно соглашался.
Он уже прикидывал, как переставит мебель после развода. Бывший кабинет Алины собирался превратить в гостевую комнату для матери.
— Поставим там небольшой диванчик, сможешь оставаться, когда захочешь.
— Мне большой не нужен. Главное, чтобы спина не болела.
Ни один из них пока не задумывался, кому принадлежит диванчик, который уже стоял в гостиной.
Алина тем временем встретилась с юристом.
Она принесла список покупок, банковские выписки и документы на наследство.
Юрист внимательно всё изучила.
— Сразу предупреждаю: если вещь куплена во время брака на вашу зарплату, это не означает, что она принадлежит только вам. Даже при раздельных счетах имущество супругов обычно считается совместным. А вот наследство — ваши личные средства. По ванной у нас позиция гораздо сильнее.
— То есть диван я просто забрать не могу?
— Без согласования лучше не надо. Но у вас есть автомобиль, купленный в браке. Он тоже совместный, независимо от того, на кого зарегистрирован. Можно договориться о разделе: машина остаётся мужу, вам — мебель и техника. И оформить это нотариально.
— Он скорее холодильник отдаст, чем машину, — заметила Алина.
— Вот и начните переговоры с холодильника.
Илья действительно отреагировал неожиданно спокойно.
Когда Алина предложила оставить ему автомобиль, кухонный гарнитур и всю встроенную мебель в обмен на остальную обстановку, он даже обрадовался.
Машину он купил всего год назад. Потерять её или выплачивать бывшей жене компенсацию ему совершенно не хотелось.
А кухня была сделана по индивидуальным размерам, с дорогой столешницей. Алина согласилась её не трогать.
— Ну и забирай своё барахло, — сказал он. — Только квартиру мне не разнеси.
— Я собираюсь забрать вещи, а не перегородки.
Они составили подробный перечень имущества. В нём значились холодильник, посудомоечная машина, телевизор, диван, кровать, комоды, стол, стулья и прочие покупки.
Отдельно перечислили съёмное оборудование ванной, приобретённое Алиной на наследственные деньги. Указали и то, что она обязуется установить исправные недорогие замены снятой сантехники, а также привести в порядок места креплений.
Соглашение о разделе имущества оформили у нотариуса.
Алина отказалась от претензий на автомобиль и от имущественных требований, связанных с платежами по добрачной ипотеке Ильи. Тот, в свою очередь, согласился передать ей перечисленные вещи.
После подписания Илья чувствовал себя победителем.
Квартира осталась за ним. Машина тоже. Бывшая жена не требовала денег.
— Всё нормально решили, — сообщил он матери. — Она свои вещи заберёт, и конец истории.
— А что она забирает?
— Да мебель кое-какую. Технику.
— Ну, пусть забирает. Без телевизора ещё никто не умер.
Через несколько дней Людмила Аркадьевна встретила Алину возле подъезда.
Та приехала измерить дверные проёмы и проверить подключения сантехники.
— Ну что, вещи собираешь? — спросила бывшая свекровь.
— Собираю.
— И много набралось?
— Прилично.
— И диван заберёшь?
— Да.
— А стиральную машину?
— Тоже.
— Вы там с Илюшей совсем с ума сошли? Он же в пустой квартире останется!
— Не в пустой. Кухня будет. Шкаф в прихожей. Его мебель.
— Может, ещё унитаз открутишь?
— Откручу. Он в соглашении указан.
Людмила Аркадьевна сначала рассмеялась.
Потом увидела, что Алина не улыбается.
— Ты серьёзно?
— Серьёзно. Вместо него поставлю обычный.
— Господи, ну ты хоть совесть имей! Нищими нас оставить решила?
Алина не удержалась:
— Конечно, Людмила Аркадьевна. Нищими вас оставлю! Даже унитаз заберу!
Свекровь возмущённо махнула рукой.
Вечером она пересказала разговор сыну.
Илья хохотал минут пять.
— Мам, ну ты чего? Представляешь, как она его повезёт? В такси, что ли, на переднем сиденье?
С тех пор история про унитаз стала их любимой шуткой.
Особенно Илье нравилось повторять:
— Главное, чтобы бывшая жена раковину из стены не выковыряла!
Он почему-то был уверен, что Алина в последний момент откажется от большей части имущества. Ведь для перевозки понадобятся деньги, грузчики, разборка мебели.
Алина тем временем уже занималась организацией переезда.
Подходящую квартиру она нашла в начале ноября.
Небольшая двухкомнатная, без мебели, зато с приличным ремонтом. На кухне имелся гарнитур с местами под холодильник и посудомоечную машину, в ванной — обычные подключения для стиральной машины.
Перед подписанием договора Алина попросила разрешения заменить унитаз на свой.
Хозяйка квартиры, женщина лет пятидесяти, удивилась.
— А наш чем плох?
— Ничем. Просто у меня хороший остался после развода.
— Обычно после развода остаются дети, кредиты или нервный тик, — заметила хозяйка. — А у вас унитаз.
— Мне повезло.
Они договорились, что заменённая сантехника будет аккуратно храниться в хозяйственной кладовке квартиры, а перед окончанием аренды Алина вернёт всё на место. Сантехник заранее осмотрел подключения и подтвердил, что её модель подойдёт.
Теперь оставалось организовать перевозку.
Алина составила график почти как для сложного рабочего заказа.
Восемь утра — грузчики и мастер по мебели.
Девять — сантехник.
Десять — электрик.
После обеда — доставка вещей на новую квартиру и сборка.
Илью она предупредила письменно, указав дату вывоза.
Он ответил коротко:
«Хорошо. Только не трогай мои вещи».
В понедельник Илья уехал в трёхдневную командировку. Запасной комплект ключей оставил матери, попросив полить растения.
Алина выбрала вторник.
Она специально хотела обойтись без семейных зрителей. Перевозить диван под комментарии Людмилы Аркадьевны было бы сложнее, чем поднимать его на пятый этаж без лифта.
В восемь десять грузчики уже оценивали дверной проём.
— Диван разбирать будем, — сказал старший.
— Обязательно. Иначе повредим обивку.
— Вы переезжаете или квартиру освобождаете?
— И то и другое.
К десяти часам гостиная заметно увеличилась в размерах.
Исчезли диван, телевизор, журнальный столик, комод.
На кухне грузчики отсоединили холодильник, посудомоечную машину и микроволновку. Потом вынесли стол и шесть стульев.
— Стулья все ваши? — уточнил грузчик.
— Все шесть.
— Хорошо, а то одна заказчица нам однажды два часа доказывала, что четвёртый стул принадлежит свекрови.
— Моя свекровь предпочитает считать своим сразу весь комплект.
Мужчины понимающе переглянулись.
В спальне разобрали кровать, сняли карниз, упаковали шторы. Два комода обмотали защитной плёнкой.
Рабочее кресло Алины отправилось следом.
Остались компьютерный стол Ильи, его старая тумба и встроенный шкаф в прихожей.
На кухне сохранился гарнитур со столешницей, плитой и вытяжкой.
Из гостиной исчезли светильники, но электрик сразу установил простые новые, чтобы Илья не остался с проводами под потолком.
В ванной работал сантехник.
Он снял стирально-сушильную машину, зеркало с подсветкой, подвесной шкаф и дорогой смеситель. Вместо последнего поставил обычный.
Полотенцесушитель Алина решила оставить. Для его демонтажа пришлось бы вмешиваться в систему водоснабжения дома, а устраивать соседям приключения она не собиралась.
Ванна и раковина тоже остались на местах.
С унитазом работа заняла меньше времени, чем ожидалось.
Дорогая модель была напольной, с обычным подключением к канализации и отдельной подводкой воды для функции биде. Её отсоединили, тщательно упаковали и подготовили к перевозке.
Вместо неё сантехник установил новый за семь тысяч девятьсот рублей.
Проверил слив, крепления, соединения.
— Работает, — доложил он.
— Уже хорошо, — сказала Алина.
— А этот дорогой точно повезём? Не передумали?
— Даже не начинайте. Я на него уже столько семейных разговоров потратила, что обязана забрать.
Мастер засмеялся.
К половине четвёртого квартира опустела.
Алина прошлась по комнатам, сверяясь со списком.
Свою посуду забрала, Ильины кружки оставила. Его инструменты, компьютер, документы и одежду никто не трогал.
Из растений она увезла фикус, два спатифиллума и коллекцию небольших суккулентов.
На подоконнике остался огромный кактус, подаренный Илье матерью несколько лет назад.
— Ну, ты теперь за старшего, — сказала ему Алина.
Кактус не возражал.
Перед уходом она сфотографировала комнаты и ванную, проверила, что всё работает, закрыла квартиру и отправила Илье сообщение:
«Вещи вывезла по соглашению. Квартира закрыта, сантехника исправна. Свой комплект ключей передам при встрече после твоего возвращения».
Ответ пришёл через час.
«Ок».
Илья в это время ужинал с коллегами и даже не представлял, насколько содержательным оказалось короткое слово «вывезла».
В среду Людмила Аркадьевна приехала поливать цветы.
Она открыла дверь, разулась и привычно направилась на кухню.
Там остановилась.
Холодильника не было.
Людмила Аркадьевна посмотрела налево, потом направо, словно холодильник мог передвинуться самостоятельно.
Исчезли стол и стулья.
Остались кухонный гарнитур, плита, вытяжка и пустые места под технику.
— Это ещё что такое?
Она прошла в гостиную.
Посреди комнаты лежал небольшой моток кабелей. На стене виднелось крепление, на котором прежде висел телевизор. Диван исчез. Комода тоже не было.
Людмила Аркадьевна присела бы, но присесть оказалось не на что.
В спальне стояла только старая тумба Ильи.
— Господи помилуй…
Она заглянула в бывший кабинет Алины. Там сохранился компьютерный стол сына.
«Ну хоть письменный стол не унесла», — подумала свекровь.
Настоящее потрясение ожидало её в ванной.
На месте любимого сантехнического чуда стоял простой унитаз из строительного магазина.
Никаких кнопочек, подогрева и функций биде.
Обычная сантехника, на которую Людмила Аркадьевна прежде смотрела с большим уважением.
Теперь почему-то захотелось заплакать.
Она немедленно позвонила сыну.
— Илья! Ты только не нервничай!
— Мам, что случилось?
— Она всё вынесла!
— Кто?
— Алина! Кто ещё?! У тебя квартиры нет!
— Как нет квартиры?
— Стены есть! Всё остальное увезла!
— Мам, успокойся. Что именно?
— Холодильник, диван, кровать! Стулья! Телевизор! Даже цветы! Илья, она действительно унитаз забрала!
На другом конце провода наступила тишина.
— Какой унитаз?
— Наш! Дорогой! С кнопочками!
— А вместо него?
— Обычный поставила! Как у людей!
Илья некоторое время переваривал услышанное.
— Ты шутишь?
— Я бы с удовольствием! Тут даже сесть некуда, чтобы пошутить!
Из командировки Илья вернулся вечером четверга.
Мать встретила его у подъезда.
— Я тебе фотографии присылала, ты смотрел?
— Смотрел.
— Ну и что?
— Мам, дай сначала наверх подняться.
Он вошёл в квартиру, поставил чемодан и прошёл на кухню.
Первое, что захотелось сделать, — открыть холодильник и достать бутылку воды.
Открыл он только пустое пространство между шкафами.
Потом пошёл в гостиную.
Там можно было свободно заниматься зарядкой. Правда, зарядкой Илья последний раз занимался лет десять назад.
В спальне он постоял на месте бывшей кровати.
— Вот это да…
Людмила Аркадьевна ходила следом.
— Я же говорила! Всё до последней табуретки!
— Мам, табуретки у нас не было.
— Теперь вообще ничего нет, так что не придирайся!
Илья набрал Алину.
— Ты зачем всю квартиру вывезла?!
— Не всю. Только вещи по нашему соглашению.
— Я думал, ты заберёшь что-то для себя!
— Именно это я и сделала.
— А мне на чём спать?
— Илья, ты сам подписал перечень имущества. Кровать там была.
— Ты могла хотя бы предупредить!
— Я прислала тебе список. Мы обсуждали его у нотариуса. Потом я прислала дату переезда.
— Но я не думал, что ты действительно всё увезёшь!
— А я не думала, что ты будешь встречаться с Оксаной, пока мы вместе выбираем обои. Иногда представления людей о происходящем не совпадают.
Илья замолчал.
— Ладно. А унитаз зачем?
— Потому что он мой и в новой квартире есть подходящее подключение.
— Ты понимаешь, насколько это ненормально выглядит?
— Зато работает. Причём оба.
Разговор закончился.
Илья открыл соглашение, которое ещё недавно считал весьма выгодным.
Впервые он прочитал список не как формальность, а как перечень предметов, которых теперь действительно не было.
Холодильник.
Посудомоечная машина.
Кровать.
Диван.
Телевизор.
Стол.
Шесть стульев.
Два комода.
И дальше ещё почти страница.
Людмила Аркадьевна стояла рядом.
— Так она всё это законно забрала?
— Я сам согласился.
— Ты что, не видел, что подписывал?
— Видел.
— Тогда почему сидим?
— Потому что сидеть не на чем, мам.
Мать обиделась.
— Я вообще-то помочь приехала.
— Помоги чайник найти.
— Чайник тоже забрала.
Он открыл шкафчик и обнаружил свою старую кружку.
— Отлично. Начало положено.
В субботу Илья поехал покупать самое необходимое.
В магазине бытовой техники он долго стоял перед холодильниками.
Тот, который казался ему достаточно вместительным, стоил почти пятьдесят тысяч рублей.
Модель попроще обходилась дешевле, но имела такую крошечную морозильную камеру, что туда с трудом поместились бы две пачки пельменей.
— А скидки есть? — спросил он консультанта.
— На эту модель нет.
— А в рассрочку?
— Можно оформить.
Илья внезапно вспомнил, как несколько лет назад Алина радовалась, что купила их прежний холодильник со скидкой по рабочей программе.
Тогда он даже не поинтересовался ценой.
После холодильника настала очередь кровати.
Потом матраса.
Оказалось, что матрас почему-то не входит в стоимость кровати.
— А что туда входит? — мрачно спросил Илья продавца.
— Каркас и основание.
— А спать на чём?
Продавец терпеливо показал отдел с матрасами.
После нескольких часов по магазинам Илья купил холодильник, кровать с матрасом и недорогой стол с четырьмя стульями.
Денег ушло столько, что покупку дивана пришлось отложить до следующей зарплаты.
Стиральную машину он заказал через неделю. Самую простую, без сушки.
Когда Илья рассказал матери, сколько всё стоит, она долго пересчитывала что-то в уме.
— Илюша, а ведь Алина всё это покупала постепенно…
— Покупала.
— А мы даже не замечали.
— Я тоже не замечал.
— Ну, зато машина у тебя осталась.
Илья посмотрел на ключи от автомобиля.
Машину он действительно сохранил. И она стоила дороже той части обстановки, что отошла Алине по соглашению.
Финансово раздел вовсе не был для него катастрофой.
Но раньше он считал машину серьёзной покупкой, а домашние вещи — мелочами, которые появляются сами собой.
Теперь выяснилось, что даже скромно обставить двушку за одну зарплату не получится.
Через несколько дней Людмила Аркадьевна снова заговорила про бывшую невестку.
— Всё равно могла оставить тебе что-нибудь. Хоть кровать.
— Мам, она мне кухню оставила.
— Кухню из квартиры не вынесешь.
— Вынести можно. Просто дорого и хлопотно.
Мать посмотрела на сына.
— Это ты сейчас её защищаешь?
— Нет. Просто если бы она захотела поскандалить, могла бы и за кухню деньги потребовать. А мы спокойно всё поделили. Я сам соглашение подписал.
Людмила Аркадьевна хотела возразить, но не нашлась что сказать.
Вместо этого спросила:
— Тебе постельное бельё купить?
— Два комплекта уже купил.
— Сам?
— Представляешь.
— А какой размер?
Илья достал телефон.
— Сейчас посмотрю. Я чек сохранил.
Мать удивлённо подняла брови.
— Прямо как Алина.
— Вот именно.
К январю квартира Ильи снова стала похожа на жилую.
Появились новый диван, шторы, телевизор. В бывшем кабинете Алины мать действительно могла оставаться ночевать, но пока там стояла только раскладушка, которую она сама предложила принести.
Однажды Людмила Аркадьевна заговорила о покупке удобного кресла.
— Я видела хорошее. Поставим у окна, мне будет приятно книжку читать.
— Мам, а ты часто собираешься у меня ночевать?
— Ну, иногда.
— Тогда давай пока без кресла. Мне ещё за стиральную машину рассрочку закрывать.
Раньше Илья, скорее всего, пообещал бы купить кресло, не задумываясь. Потом попросил бы Алину подобрать подходящее.
Теперь он сначала смотрел на цену.
Людмила Аркадьевна немного поворчала, но отступила.
И о бывшей невестке при знакомых больше не говорила.
Однажды соседка поинтересовалась:
— Ну что, Илья обжился после развода?
— Обжился, — ответила Людмила Аркадьевна. — Только дорого сейчас всё. Один приличный матрас чего стоит!
Соседка удивилась:
— А раньше вы всё Алину хвалить не давали. Говорили, Илья сам квартиру обустроил.
Свекровь поправила воротник пальто.
— Ну, я тогда не очень в подробности вникала.
И быстро перевела разговор на погоду.
Алина тем временем устроилась в съёмной квартире.
Вещи, которые она столько лет выбирала для общего дома, неожиданно прекрасно вписались в новое жильё.
Диван встал у окна. Комоды поместились в спальне. Кухонный стол оказался даже удобнее, чем на прежнем месте.
В первые недели Алина несколько раз ловила себя на привычке мысленно согласовывать покупки с Ильёй.
Потом вспоминала, что согласовывать больше не с кем.
И это оказалось весьма приятным открытием.
Сестра зашла в гости в середине января.
Принесла пирог, огляделась.
— Слушай, у тебя тут уютнее, чем раньше было.
— Потому что теперь никто не утверждает, что торшер мешает смотреть футбол.
— А где знаменитый унитаз? Покажешь?
— В ванной. Где ему ещё быть?
Сестра отправилась смотреть.
Через минуту вернулась.
— Работает?
— Прекрасно.
— Ну, тогда поздравляю. Ты первая женщина на моей памяти, которая после развода сохранила не только достоинство, но и сантехнику.
Алина рассмеялась.
— Вообще-то я ещё холодильник сохранила.
— Холодильником никого не удивишь. А вот унитазом ты вошла в семейную историю.
Они сели пить чай.
Алина разрезала пирог, достала чашки и вдруг вспомнила разговор со свекровью.
«Нищими вас оставлю! Даже унитаз заберу!»
Тогда она сказала это от раздражения, даже не предполагая, что фраза окажется почти пророческой.
Хотя нищим Илья, конечно, не остался.
У него сохранились квартира, машина, работа и возможность заново купить всё необходимое.
Просто раньше он жил среди вещей, стоимости которых не знал.
А теперь узнал.
И это оказалось гораздо полезнее любого подогрева сиденья.
Алина же наконец жила в доме, где никто не называл её покупки «занавесочками».
Даже самый дорогой предмет в ванной больше не становился поводом для семейных споров.
Правда, сестра под конец вечера всё-таки не удержалась:
— Слушай, а если ты когда-нибудь снова замуж выйдешь, что с ним делать будешь?
— С кем?
— С унитазом.
Алина задумалась.
— Пока не знаю. Но следующему мужу сразу объясню: квартиру можем выбирать вместе, а сантехника у меня приданая.
— Богатая невеста!
— Не то слово. С гарантией и функцией биде.
